Книга Танцор Ветра. Том 4, страница 39 – Константин Зайцев

Я двигался вдоль стены, сливаясь с тенями. Одно из первых умений, которому научил меня наставник. «Тень не скрывается», — говорил он. — «Тень просто есть. Она часть мира, как стена или пол. Стань частью мира — и никто тебя не заметит».

Охранник смотрел вперёд, в конец коридора. Он не видел меня. Не слышал моих шагов. Не чувствовал, как я приближаюсь.

Нож вошёл ему в горло сбоку, перебивая одновременно и артерию и трахею. Я зажал ему рот свободной рукой, придерживая тело, пока он умирал. Это заняло несколько долгих секунд, наполненных хрипами и бульканьем. Потом он обмяк, и я осторожно опустил его на пол. Его смерть словно стерла во мне все эмоции. Сейчас здесь не было ничего личного. Просто отвратительная работа, которую просто необходимо сделать.

Коридор продолжался дальше, разветвляясь. Следующая пара охранников была куда лучше. В их глазах не было наркотического опьянения первого. Они были опаснее и поэтому умерли от арбалетных стрел в моих наручах. Тридцать шагов дистанция, на которой я смогу отстрелить комару хоботок не то что попасть в человеческий глаз. За этой парочкой, был новый коридор со множеством тяжелых дубовых дверей, у каждой из которых была ручка изображающая какую-то тварь. Возможно опознавательный знак для местных. За некоторыми слышались звуки. За другими — тишина.

Я выбрал ближайшую, за которой доносилось что-то вроде музыки. Толкнул створку и вошёл.

Красный шёлк. Им было обито всё. Стены, потолок, даже пол. Красный, как кровь. Красный, как закат над морем. Красный, как гнев, который поднимался во мне всё выше с каждой секундой.

Благовония смешанные с легким дурманом. Сладковатый дым вился под потолком, не способный скрыть другой запах. Тот самый. Кровь и страх.

На низком столе в центре комнаты лежало тело. Молодое. Изломанное. Покрытое следами, которые я узнавал слишком хорошо. Такие остаются от ножей, когда режут не чтобы убить, а чтобы причинить боль.

Тело ещё дышало. Едва-едва. Обнаженная девичья грудь, поднималась и опускалась, почти незаметно.

А рядом стояли два ублюдка. Разгоряченные выродки в дорогих халатах небрежно накинутых на голое тело. Один держал нож, очень похожий на тот, которым разделывают рыбу на тончайшие ломтики. Чуть изогнутый и бритвенно острый. Второй чашу с вином, к которой он постоянно прикладывался запивая зрелище, которое его безумно возбуждало, судя по тому где была его вторая рука.

Они даже не заметили, как я вошёл. Слишком увлечены своим мерзким занятием.

— Смотри, как дёргается, — сказал тот, что с ножом. В его голосе звучало неприкрытое удовольствие. — Если провести здесь, вот так…

Выродок не успел закончить фразу.

Мой нож вошёл ему в основание черепа, туда, где шея соединяется с головой. Мгновенная смерть, быстрее, чем он заслуживал. Но я не мог позволить ему закричать.

Второй успел повернуться. Успел увидеть меня, фигуру в тёмной одежде с лицом затянутым в простую тканевую маску. Он даже успел открыть свою пасть, чтобы попытаться закричать.

Вот только не успел издать ни малейшего звука. Первый удар, раздробил ему кадык. А затем сразу в солнечное сплетение, выбивая воздух из лёгких. Он согнулся, хватая ртом воздух, и я дал ему несколько секунд, ровно столько, чтобы он понял, что происходит.