Книга Город Госпожи Забвения, страница 282 – Алекс Феби

Жизнь животных коротка и предопределена всем тем, что ее предопределяет – им не свойственно расходовать энергию на грусть и чувство вины. Даже если выдра загонит лягушку – чьих головастиков и икру она поедает с удовольствием – в небытие, она и усом не шевельнет по этому поводу. Не скорбит и лягушка, поскольку она сама по себе и не ведает о таком чувстве. Искру холста открыли именно друиды, они восприняли ее как состояние – все прочие вещи понимали себя как нить в ткани мира, узор которой есть лишенный смысла свет, бесконечно повторяемый.

Остров белых холмов есть владение Госпожи Маларкои, а она знает всё, все места и всех в этих местах. Она знает, что есть различие мнений, различие верований, что каждый даже в пределах своего вида онтологически и гносеологически сам по себе. А потому она делает то, что делает, а это создание ра́ев небесных для всех тех, кто верит в вещи, совместимые друг с другом, а для тех, кто не может верить в вещи так, как верят другие, она создает уединенные ра́и, их устраивающие, напоминая только о своем требовании касательно второрожденных детей для вспоможения ее волшебству, и все с готовностью отдавали ей то, что она просила.

Для друидов, которые всегда искали собственного унижения во имя меньших братьев – божьей коровки или выдры, ручейка или лужи, трех ос, летающих вокруг подгнившего чернослива, – она приготовила место в царстве Волчьей Стаи и Белого Оленя, тех богов, которые делят царство, поскольку их интересы тесно взаимосвязаны.

Таким образом, другие царства были избавлены от присутствия друидов, и их любовь к природе перестала быть утомительной обузой на ее землях, где друиды в своем невежестве непременно притесняли бы тех, кого сочли бы неправильными, не понимая, что всё случившееся искупаемо в глазах Госпожи, а идеальный образ жизни – оставлять вещи такими, какие они есть.

Если бы все пчелы погибли, а все воды были отравлены, а все лягушки с трудом пробирались по жизни на пяти ногах, тогда как желательное число – четыре, то это ускорило бы конец пчел, и рек, и лягушек, избавило бы их от тяжких трудов. Она взяла бы их сразу же в их небесный рай, где они могли бы жить вечно в радости, поскольку она нашла для них в холсте такую итерацию времени и материи, которая более всего их устраивала, а она могла отправить их туда, где всё было для них всегда идеальным, а за это просила у них всего лишь второрожденных.

Волчья Стая обитает в одном царстве с Белым Оленем, и в изменение естественного порядка вещей день там принадлежит волкам, а ночь – Оленю, а всё потому, что Олень там старший, и он пожелал иметь для себя ночь, поскольку любит купаться в лунном свете, а ночь как раз то время, когда лунный свет в изобилии. Но что касается волков, то им тут не оставлено выбора, но их вполне устраивает день, поскольку Госпожа делает светлое время дня временем охоты, и стая наслаждается этим.

Волки рычат и прыгают, щелкают зубами и кусают, дерут когтями и рявкают, забывая обо всем на свете, и это царство полно того, на что может быть направлена их агрессия, потому Стая заключила сделку с Госпожой о том, что их царство будет заселено друидами в качестве хорошего поголовья дичи на охотничьих землях, что давало волкам прекрасное развлечение без ограничений, при этом она забирала себе всю Искру, оставшуюся в каждом растерзанном и в каждом второрожденном.