Книга Город Госпожи Забвения, страница 180 – Алекс Феби

Не учел он одного – и то потому, что трудно предугадать действия человека, которого ты никогда не видел в деле при подобных обстоятельствах, – действий книги, Адама. Он и не предполагал, на что способен Адам, ведь сражение есть телесная активность, но он недооценивал способности волшебной книги.

Любая волшебная книга содержит в себе заклинания, и Адам был сделан как катализатор, то есть нечто абсолютно огнеупорное, не подверженное горению, как мы видели это прежде, когда он вместе с Натаном Тривзом отправился убивать Госпожу Маларкои, а потому он использовал свои каталистические способности, сжег в огне всё, что могло сгореть в одно мгновение, и это вызвало оглушительный и ослепительный взрыв жара и света, от которого Анаксимандр и Беллоуз упали, а Шарли, оказавшись в эпицентре взрыва, упала на колени, опаленная и лишившаяся волос, пребывавшая в ярости и покрывшаяся пузырями там, где ее коснулся огонь. Она уронила свою рапиру – та поглощала столько жара, что ее эфес обжигал руку – и принялась повсюду скрести себя своими почерневшими пальцами, выкидывая всё металлическое, что было на ней – метательные ножи, пряжки от ремней, отравленные стрелы в рукавах, ожерелье из стальных колечек, подаренное ей Глухим Сэмом, браслеты, сережки и кольца ее многочисленных жертв – они сожгли ту кожу, что еще оставалась на ее пальцах.

Она выплюнула даже свой золотой зуб, который расшатался в десне.

Беллоуз, известный тем, что прибегал лишь к самым мягким видам насилия, не остался в стороне от схватки. Он был худощав, но коварства ему хватало. Он взял палку, которую использовал для приготовления кролика, и вонзил ее в спину Шарли. Нужно признать, что выбрал он самое неудачное место в ее спине: есть много органов, которые легко покалечить, что рано или поздно вызовет неминуемую смерть, но он ударил ровно в позвоночник. Как бы там ни было, но вести сражение на нескольких фронтах труднее, чем на одном, и Анаксимандр, который успел встать на ноги, приготовился подарить ассасину благодать быстрой смерти.

Всё, что произошло до этого, было делом мгновений, а Глухой Сэм отвлекся, и ему было не до исполнения угрозы Шарли в адрес Клариссы, а это дало последней время превратить его в камень, пробормотав последний слог заклинания, которое она готовила.

В детстве Кларисса всегда находила удовольствие в легенде о женщине, такой уродливой, что при взгляде на нее мужчина превращался в камень. Эта легенда нравилась ей не за тот смысл, который был изначально в нее заложен, – давала понять девушкам, что их обязанность быть красивыми, и показывала последствия плохого исполнения ими этого своего долга, – но поскольку она считала вполне справедливым, если мужчины, которые пытаются отобрать красоту у женщины, получат больше, чем ожидали, и потому она использовала заклинание, которое в достаточной мере ослабляло холст, чтобы ввести в заблуждение материальное царство относительно объема, занимаемого этим человеком, и вселить таким образом уверенность в том, что он состоит не из плоти, а из некоторого количества гранита. В каковой немедленно превратился Глухой Сэм, закончив на этом свою жизнь.

Когда с этим было покончено, наступил короткий промежуток времени, в котором физически ничего не происходило, но много чего переоценивалось, и все пришли к заключению, что, каковы бы ни были ожидания наблюдателя, ассасины были разбиты наголову, и Шарли не остается ничего, кроме как сдаться, если она проживет достаточно долго, чтобы сделать это.