Книга Город Госпожи Забвения, страница 102 – Алекс Феби

А чем был совершающий невозможные движения медальон Огнива, если не неизвестным фактором?

Кандидат подлежал извлечению из этого чана для перемещения в четвертый через пятнадцать минут. Если Господин не последует своему обычному рецепту, то может возникнуть проблема.

А может и не возникнуть.

Он вернулся в свой кабинет – на это уйдет всего минутка, утешал он себя – и всё пошло точно так, как он и предполагал. Опять он прошел по кабинету без осознанной предумышленности, достал медальон. Тот был холодным, неподвижным и казался совершенно нейтральным. Не было никаких незакономерных вибраций, никаких неземных голосов, предупреждающих об опасных просачиваниях в реальность. И всё же, какой опасностью были чреваты его действия по укладыванию медальона в сейф? Его агенты получили инструкцию сообщить ему, когда военные силы Ассамблеи перейдут названную им черту, так что застать его врасплох они не смогут – медальон он всегда успеет достать.

Он подошел к сейфу, стоявшему за пальмой в горшке в одном из углов комнаты и прикрытому тканой салфеткой, на которой стояло другое растение. Он вдруг понял, что не распознал, к какому виду принадлежит второе растение. Орхидея? Наверно, один из фаворитов Беллоуза?

Несколько движений – и хитрый замок открылся, а Себастьян взял куб инвалидации – напоминал он музыкальную шкатулку, имеющую силу сводить на нет неавторизованное волшебство, – положил в него медальон, потом вернул куб в сейф.

И вздохнул с облегчением.

Они посадили корабль на мель у Острова белых холмов, повредив о камни киль ниже ватерлинии, отчего судно стало наклонно в тени белых меловых утесов высотой до сотни футов над травой. В небе раздавался крик чаек, они кружили над землей, которая выглядела так, словно ее зачерпнули ложкой или неровно вытесали, оставив край на милость воды. Солнце только-только вставало, воздух был ветреный и холодный, темная морская вода плескалась в подпалубных помещениях.

— Может быть, лучше заделать пробоину? – спросил Гэм, хотя ничего в таких делах не понимал. – Похоже, он тонуть собрался.

— Как ты собираешься это сделать? – сказала Присси, показывая на широкую и рваную дыру, сквозь которую внутрь проникала булькающая вода.

Гэму пришлось признать, что он понятия не имеет, как это делается.

Ассасин по-прежнему находился в тюремной каюте, напевал там, потому что никто из них не решался войти туда и заткнуть ему рот.

Присси рискнула посмотреть.

— Ты думаешь, корабль утонет? – прошептала она.

— Я не думаю, что мы такие уж везунчики. А ты?

Гэм нашел свои вещи – они были в каюте Джайлса и Иоланты, лежали в сундуке для белья, – а Дашини нашла «Натанов нож» в одном из бедренных бандажей кого-то из моряков, но это не придавало уверенности кому-нибудь из них в том, что они смогут взять верх над Анатолем.

— Поджечь корабль? – предложила Дашини, но как поджечь то, что наполовину пропитано морской водой?

В конечном счете они проверили, заперта ли дверь, оставили Анатоля там, где он находился, и продолжили путь к берегу.

В песке был странный и частично присыпанный ряд черных камней, образовавших подобие тропинки, которая вела к берегу. Гэм подцепил один из них носком своей обувки, попытался подвигать его туда-сюда. Камень шевелился немного, словно лежал на достаточной глубине, чтобы его невозможно было оттуда достать, но этой глубины было недостаточно для того, чтобы воспрепятствовать его выкапыванию.