Книга Дополненная реальность. Системный администратор, страница 22 – Алевтина Варава

— Мне надо вам кое-что рассказать, – решительно начал младший Соколов, приземляясь на скамейку. – Много чего, на самом деле. И спросить, и признаться… и предупредить. Наверное, вы мне даже поверите.

— Отчего же не поверить доброму юноше? – улыбнулся Лосев.

Пашка прямо-таки почувствовал, как стремительно краснеют кончики ушей. На них поселился жар, и кровь прилила к голове. Какой же он редкостный мудила! Ну как можно, блин…

— Не такой уж я и… Короче. Если честно, то я тоже, – забубнил младший Соколов. – Ну… как Агния ваша, получается. Сделал.

Лосев склонил голову набок, повернувшись на лавке, и пристально глянул на Пашку добрыми мудрыми глазами.

— Это уж я и сам уразумел, Павел, – грустно сообщил он. – К моему огромному сожалению. Но выбор – личное дело каждого.

— Да не было у меня никакого выбора! – вырвалось у Пашки с обидой. – Я ваще не знал ни фига! Ничего. Простите, – тут же запнулся он. – Обманули меня, короче. Подсунули это всё по-хитрому.

— Там, обыкновенно, не обманывают, – возразил Лосев.

— А меня обманули! Я даже не знал, в чём участвую, вот до недавно!

— Сие, разумеется, печально, – кивнул бездомный. – Но вот какое дело, Павел. Думается мне, что отцом лжи вашего с Агнией Ауэзовной дарителя зовут не в том смысле, что сам он со своими посланцами кого обманывает, а в том, как любят сами себя обманывать люди, заключая подобные соглашения. Да и не заключая – тоже. И вот таким самообманывающимся он и вправду становится как отец родной.

— Не понял, – заморгал Пашка. – Я не знал, что, – он сглотнул и сказал это наконец-то вслух: – душу продаю. Я думал, я в игру на телефоне играю. Понимаете?

— А вы бы не продали, Павел, если бы знали всё? – склонил голову на другой бок Лосев. – Припомните себя тогдашнего да подумайте: явись вам какой рогатый посланец с договором воплоти и предложи нынешние возможности, вы бы не согласились?

Пашка замер. Даже дышать на время позабыл.

Откуда он… что…

— Чтобы перемениться, Павел, перво-наперво надобно честным стать с самим собой. А остальное само приложится, – изрёк необыкновенный собеседник.

Пашка потрясённо уставился в узорчатые плитки сквера дорогого ресторана. Всё это время он считал себя жертвой мошеннической схемы. Так было… проще смиряться с происходящим.

Впервые то, что сказал Лосев, очень ему не понравилось.

Кажется, потому, что тот был прав.

— Неприятно, понимаю, – положил вдруг бездомный руку ему на плечо. – Тут время требуется. Немалое.

— Похоже, рассказать я вам ничего уже и не могу, – выдавил, наконец, Пашка. – Вы уже всё знаете. Давно? – приподнял голову он.

— Да вот, как с Агнией Ауэзовной подружились, так она мне и стала объяснять, что сама ведает. Когда сплю на вашей удобной подушечке, – лукаво добавил Лосев.

Это был не упрёк, совершенно. Но Пашке вдруг захотелось провалиться сквозь землю, пусть бы даже и в Ад.

— Вчера вот и о вас у нас речь зашла с оказией, – присовокупил старый бездомный.

— И вы вот так вот запросто согласны не стать ангелом? – перебил младший Соколов. Чтобы убедиться, что Агния не про одного его треплется, но и про суть настоящую толком.

— Ангел, надо полагать, из меня бы вышел, пожалуй: потому как привык уж не влезать в дела окружающих, а наблюдать только, к чему их выбор приводит. Но и сочувствовал бы по всей форме. Я же вам рассказывал, Павел, как сам на выборе обжигался и отчего бросил это дело. Выходит, уж и живу в какой-то мере по-ангельски, – усмехнулся бездомный. – Но совсем без выбора нельзя, разумеется. Так что мой – помочь попавшей в беду даме. Вы не думайте, Павел, что Агния Ауэзовна меня продолжает обманывать. Она по натуре совсем не такая. И бесовка из неё потому не выйдет толком, даже если я фиаско потерплю. Она, на самом-то деле, не очень уж и годится для таких чинов. Тут, выходит, эксперимент ради моей персоны. И удачный. Радостно на сердце, Павел, оттого что жизнь моя неприметная всё-таки привела к такому положению, в котором я могу помочь хорошему человеку.