Книга Дополненная реальность. Системный администратор, страница 21 – Алевтина Варава

Колючая борода Лосева пропала вместе с засаленной ветровкой и грязной кепкой. Одет он был в джинсы, простую футболку и кеды, но без бороды казался моложе лет на двадцать и не узнавался вообще. Имелся при Лосеве аккуратный новый рюкзак, на лямке которого висела та самая самолётная подушка, в которую Пашка зашил землю с могилы Агнии Айвазовской.

Соколов-младший вытаращил глаза, вглядываясь в черты мужчины и не сразу рискуя поверить в увиденное. Блин! Кажется, сломила его старуха-Агния всё-таки! За один, сука, день! Опоздал!

— Не признали меня, видно, – подошёл к нему преобразившийся и помолодевший Лосев. – Дозвольте объясниться, – смущённо прибавил он, пожав запоздало протянутую Пашкину руку. – Вышло так, Павел, что мне даже и чревоугодие, простейший вроде грех, толком не даётся, – доверительно поделился, понизив голос, он. – Вот и поняли мы с почтенной Агнией Ауэзовной, что это оттого, что не хочу я таких услаждений, а делаю только, получается, словно по принуждению. Не ощущаю того самого, через что оно становится греховным. Вот мы и рассудили попробовать заглянуть сегодня в особые места, где угощения посредством всяческих ухищрений необычными да особенно аппетитными делают. Может, удастся всё-таки чего возжелать сверх меры, поперёк моей упрямой натуры. Очень нам кстати пришлась ваша щедрость, Павел, спасибо ещё раз – и от меня, и от Агнии Ауэзовны. Понадобилось мне вот одежду прикупить, потому как в первый ресторан утром меня в моём привычном костюме не пустили, и в парикмахерскую ещё наведаться. Только не выходит пока ничего, как ни стараюсь, – печально вздохнул он. – Я ещё, грешным делом, понадеялся, может быть, денег мне жалко станет на излишества. Но в итоге только восхищаюсь весь день: какие ребятки всюду молодцы! Такие заведения красивые делают, обслуживают с таким радушием. Старательно так готовят, подают, будто на выставку, а не в брюхо. В мою молодость так не делали, проще всё было. Считай, и в столовую, и в музей за раз сходил. Одно удовольствие – да всё не то что требуется, – ещё раз вздохнув, закончил он.

— Значит… у вас ещё не вышло нагрешить? – обрадованно встрепенулся Пашка.

— Да вот, похоже, пока не выходит, – признался Лосев. – Но говорят, что терпение и труд всё перетрут. Главное, значит, прилагать достаточные усилия, и всё сложится. Вам, может быть, надобно карту вернуть, Павел? Я не превысил ли ваших расчётов своей расточительностью? – заволновался он. – Вы, верно, не такое вот подразумевали... – с извинением кивнул Лосев на вход в ресторан.

— Нет, оставьте карту. Всё норм. Но… вы знаете… – замямлил Пашка. – Ох, Андрей Витальевич, давайте присядем? – предложил младший Соколов, не представляя, как подступиться и с чего начать.

— Удобно вам тут на улице, или, хотите, вернёмся в заведение? – учтиво предложил старый бомж.

— Да тут нормально. Вон, скамейка.

— Вот не зря вы мне, Павел, сразу понравились.

С каждым шагом Пашка всё больше привыкал к новому образу. Резанувший сразу, он вдруг оказался очень Лосеву идущим и гармоничным. Ощущение странного спокойствия рядом с этим человеком вернулось.

Такому вот сто процентов в самый раз пошло бы стать ангелом, что бы он там про ответственность не считал. А Пашка его подводит… Надо, надо предупредить, донести доходчиво! Чтобы решение принимал взвешенное. А то, считай, как то лицензионное соглашение нечитанное получается…