Книга Осколки будущего, страница 475 – Алевтина Варава

Второй отдушиной стала забота о доме. Принцесса Авелилона украшала квартиру милыми безделушками, колдовала у плиты и духовки, фотографировала на телефон и выкладывала в соцсети букеты красных роз, которыми баловал будущую супругу Ника. Благо на всё это теперь хватало честно заработанных средств – удавалось даже помогать родителям, тоже постепенно встающим на ноги.

Аня чувствовала себя счастливой во взрослой жизни, из которой потихоньку уходила магия. Может быть, ради этого Тина с Джастином и дружат с Марианной?

Безумные четыре месяца смазывались, превращаясь в дурной сон. И Аня забывала о них, будто этого вовсе никогда не было.

Полным составом воины теперь встречались только по праздникам, последняя тренировка в Храме Луны прошла в июле.

В конце октября отмечали двадцатишестилетие Евгении Витальевны. Друзья веселились вовсю, распивая спиртные напитки, которые Аню больше не привлекали, и она откровенно скучала. Но зато улучила момент, чтобы обсудить с Арабэллой юридические и правовые трудности, в изобилии порождённые Толиком.

— Меня уже трижды вызывали на допрос, – сообщила принцесса Авелилона, – из-за исчезновения Мэри-Лин. И не только меня. Последний раз её видели в ресторане на свадьбе Кристины и Артура. Составили полный перечень гостей, а потом исключили из него тех, кто уехал с торжества на такси. И теперь выясняют, а куда же и как отправились остальные. Угадайте, кто в этом сомнительном списке и вынужден выкручиваться не пойми как? Но разбираются в органах ещё и с тем, откуда вообще взялась Мэри-Лин Алэн, и вы заодно.

— Знаю. Меня объявили в международный розыск, – усмехнулась Чёрная Вдова. – Так что я даже не могу продать дом и перевести средства на проекты домино в Японии.

— Так и будете жить в Храме Знаний? – поинтересовалась Аня. – Расшифровываете язык основателей?

— Пытаюсь. Это весьма занятное и многообещающее место.

— И вам там комфортно? Со всеми этими безликими писцами? – поёжилась принцесса Авелилона.

— Привыкла, – пожала плечами Арабэлла. – А вот старуха порой нагоняет жуть. Родственница Мэлоди. Я думала сначала от неё чего-то добиться, но та и правда блаженная. Является, как призрак всех несчастий рода людского, твердит какую-то абракадабру и апокалиптические пророчества. Мол, миру не просуществовать и трёх десятилетий, а последнюю Книгу Знаний некому станет читать в мае минувшего года. Толком же ответить что про себя, Храм или ключ к языку основателей – даже не берётся.

— А вам-то что-нибудь удалось перевести?

— Пока не особо, – мрачно вздохнула Бэлла.

На соседнем диване Джастин во всеуслышание подшучивал над дедом:

— Расфрантился, поглядите-ка! Бороду сбрил, морщины разгладил! Попросил меня намедни подогнать одеколон! А прикид? Мог ли я хоть во сне вообразить, что увижу деда в джинсах? И с бабой!

— Молодой человек, подбирай выражения! – осерчал Ансельм.

— А говорил ещё, что любви отродясь не поймёт! Что она неестественная, придуманная и чуть ли не лечить вызывался! А сам втюрился, едва нос из берлоги высунул! Вот это ржач!

Красота только хихикала и заливалась здоровым румянцем. С тех пор как судьба послала ей бессмертного обитателя Вселенной, она тоже капитально переменилась. И всё чаще заикалась об «уходе на пенсию» с должности домработницы, но Сонечка каждый раз слезами убеждала остаться – сетовала, что несправедливо бросать её на растерзание Салли.