Книга Осколки будущего, страница 118 – Алевтина Варава

— Погоди ещё, может, ничего не выйдет, – пробормотала Аня. – Мне не верится ни в то, что все примут эту девочку за Тину, ни в то, что мама и папа решат поселить её у нас.

Однако они решили именно так. В начале первого Анжеле Сухановой позвонили с сообщением, что племянница пришла в себя, и все прямо от семейного мрачного застолья поехали в клинику, даже Соню взяли с собой.

По пути Аня страшно волновалась, глядя в окно на пустой, как будто вымерший город. Казалось, началась война: то и дело небо освещали зарницы салютов, а окру́га вздрагивала от взрывов петард; при этом машин почти не было видно, только одинокие такси с оранжевыми шашечками курсировали по обледенелым дорогам. Прохожие бродили группами, распевая песни и посасывая шампанское из горлышек пузатых бутылок.

Аня ехала на переднем сиденье, рядом с папой. Сзади у мамы на руках Соня расспрашивала о том, как людей лечат в больницах, и пересказывала сведения старой безбровой кукле Тате. Аня молчала. Она понимала, что сейчас решается очень важная вещь в её собственной жизни, но при этом ярко представляла, как они входят в отделение и видят там девочку из будущего, как мама и папа поднимают скандал с полупьяным персоналом…

Интересно, тело Тины уже подложили в гроб к тёте Жанне? Та ведь одиннадцать дней как скончалась. Аня поёжилась.

В просторном холле было пустынно, а от весёлой медсестры разило вином. Пока они все гуськом семенили по запутанным переходам, эта дамочка взволнованно щебетала о том, что пациентка из реанимации неожиданно очнулась.

С бешено бьющимся сердцем Аня заглянула в палату, уже готовая узреть настоящую Тину, действительно поправившуюся. Но на кровати, с трубочками в носу и одетая в белую больничную пижаму, лежала та самая иммигрантка из будущего, которую они оставили в загадочном коридоре Времени днём.

— Тина, милая! – бросилась к ней мама. – Как ты?

Девочка подняла растерянные глаза и спросила, как и было условлено:

— Вы… кто такая?

Ретроградная амнезия – это возможно после травм головного мозга. Позже память должна восстановиться. В некотором роде для пациентки даже лучше, что сейчас потеря матери для неё – не более чем слова.

Всё это недовольный строгий доктор в засаленном халате рассказывал Анжеле минут через сорок.

— А где теперь будет жить Тина? – прогундосил полушёпотом Стас.

— Может быть, даже с нами, – вздохнул папа без энтузиазма.

Пиликнул передатчик. Аня украдкой отвернулась, ожидая увидеть сообщение от Ники. Но текст пришёл от Жаклин. «НЕМЕДЛЕННО ЗАЙДИТЕ КУДА-ТО, ГДЕ НЕТ ЛЮДЕЙ!» – значилось там. Принцесса Авелилона поспешила к туалету, с каждым шагом начиная нервничать всё больше. Если бы не капслок и слово «немедленно», она бы подумала, что друзья просто хотят отчитаться. Но кажется, что-то было не так.

Едва Аня совладала со ржавой щеколдой, плохо входившей в замазанную краской петлю, как на месте унитаза пространство разомкнулось светящимся прямоугольником. Спокойная и флегматичная днём Тутэлла, встретившая её в Воротах, выглядела взъерошенной. Она смотрела на раскрытый передатчик у себя на правой руке (наверное, вручила Ханна – неужто работает даже тут?), а левой уже кидала стружку, образовывающую золотое марево.

— Что случилось? – выпалила Аня.

— Ступайте живей, Ваше Величество, мне нужно ещё троих забрать, – отмахнулась страж. И скрылась в другой дымке.