Книга Глубокий рейд. Новые, страница 135 – Борис Конофальский

— Да уж… приготовили товара… — соглашается с нею Кульков.

Женщина стоит в дверях так близко к Саблину, что едва не прикасается к нему своим плечом. И тогда он делает шаг назад. Аким боится вшей… Перескочат на пыльник, проникнут в броню… О-о… Выводить их намучаешься потом, это целая операция. И после он говорит:

— Ладно, Полина, занимайтесь делами, мойте детей, ешьте, а у нас свои дела есть.

Он выходит из дома. Но и Кульков, и Полина остаются в здании.

Саблин ждёт, но товарища всё нет.

— Коля, ну ты где там?

— Что? Иду… — откликается тот.

— Посмотри, что у них там за домом, на складе, что в бочках; я пойду боеприпасы погляжу. Может, мины найду…

— Есть, — говорит Кульков. Но вслед за Акимом не выходит. Прапорщик уже дошёл до барака бандитов, и лишь тогда товарищ вышел из здания. Полина вела его куда-то.

Мин он не нашёл, и патронов для винтовки не много, одна лента для пулемёта, ящик самых лёгких гранат. Но он нашёл тут ящик для зенитных ракет. Прапорщик открыл ящик. Удача! Обе ракеты были на месте. А они ценные, дорогие. Тут же была и ракетница. Ещё было несколько раций, аккумуляторов, ну и всякая нужная мелочь: антенны, фонарики, камера с передатчиком. В общем, не много, но и не мало всякого нужного для болотного человека.

— Николай! Что там у тебя?

— Четыре полных бочки топлива, и ещё в одной на дне. Лодочный мотор, отличный. Не хуже, чем твой. Провианта на целый взвод, всё с севера, всё в банках. Компоты… Свиная тушёнка… Это не считая крахмала с горохом. Этого тут ящики.

И тогда Саблин произносит:

— Мирон!

— Я, — тут же откликается радист.

Они с Фарафоновым договаривались о радиомолчании, но прапорщик считает, что ситуация изменилась. И Аким говорит:

— Напиши армейцам, что у нас тут мирняк, что есть топливо, провиант и снаряга кое-какая. Чтобы знал. Передай импульсом.

— Импульсом? — по тону радиста Аким сразу понял, что это ему не нравится. — Импульс на всю округу будет слышен. На всё болото. Демаскируем себя.

— То, что мы здесь, они и так уже знают, — разумно предполагает Саблин. Мало того, он очень сильно на это рассчитывает. — А кодом барабанить будешь, если рядом кто — так запеленговать смогут.

— Есть радировать импульсом, — соглашается Карасёв.

— Мирон, а потом выбирайтесь из рогоза, отходите на север, метров на пятьсот- шестьсот, найдите хорошее укрытие под деревом каким-нибудь, чтобы вас коптер не увидал, и притихните там. Полный молчок.

— На пятьсот метров? — радист снова сомневается. — Так мы тогда вас через СПВ слышать не будем.

— Ничего; когда всё начнётся, — а Саблину очень хочется, чтобы началось, чтобы Глаз пришёл спасать своё имущество, — будем держать связь на боевой частоте.

— Есть уйти на пятьсот метров, найти укрытие и ждать в режиме радиомолчания, — откликается урядник.

— Вы поешьте, покурите, будьте начеку.

— Есть быть начеку, — отвечает радист.

Он и сам хочет есть, давно хочет, а ещё курить… И поесть обязательно нужно. Потом, когда Глаз придёт… ну, если придёт… им будет не до обедов.

— Николай, ты погляди там насчёт обеда.

— Есть. Сейчас устрою, — отзывается Кульков. И напоминает: — Атаман, тут и помыться можно… Воды очищенной навалом. Очищена хорошо — хоть пей.

Помыться? Ну, неплохо бы, конечно, а то ведь почти сутки в броне; но там, где мылись бандиты… да ещё со вшами и чесоткой… Нет, Саблин брезгует.