Книга Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех!, страница 189 – Анастасия Королева

Уже через секунду я открыла глаза и увидела перед собой знакомый потолок комнаты, где мы с Аделией провели ночь.

Резко села, откинув одеяло. Спустила ноги на пол и прямо так, в нелепой ночной сорочке понеслась в соседнюю спальню, где безмятежным сном спал Хэмлин. Это я так думала, что он спит, но… Нет. Его в кровати не было, и в ванной тоже не оказалось. Сначала я позвала его негромко, потом выбежала в коридор и столкнулась с Хансом. Парень сонно потирал глаза, а заметив меня, спросил с удивлением:

— Госпожа Аннэт, что-то случилось?

— Где Хэмлин? – спросила без всяких предисловий.

По губам охранника скользнула мягкая улыбка и он, махнув рукой себе за спину, спокойно отозвался:

— Герцог собирается уехать ненадолго. Ему нужно посетить шахты и он просил… – услышав про злополучные шахты, я сорвалась с места, в спину же мне понеслось ещё более растерянное, – присмотреть за вами.

Потом парень будто бы одумался и рванул следом, во всяком случае, я слышала его громкий топот за спиной.

На улице только-только рассвело. Утренняя прохлада, обжигая, коснулась голых ступней, облизала тело, едва ли прикрытое лёгкой тканью сорочки. Но холода я не чувствовала, мне было важно успеть остановить карету, которая уже тронулась с места.

— Стоять! – крикнула, что было сил. И возница, никак от удивления, резко натянул вожжи, отчего лошади едва ли не на задние ноги встали. Заржали оглушающе, с нескрываемой обидой, и встали на месте, как вкопанные.

Муж выглянул из кареты, посмотрел сначала в сторону лошадей, потом только заметил меня, бегущую к нему.

— Анн… эт? – закончил с запинкой. Посмотрел сначала мне в глаза, потом перевёл взгляд на голые ноги, чуть выше. Совершенно некультурно выругался сквозь зубы, в два широких шага оказался возле меня и подхватил на руки. Хотел что-то ещё добавить, судя по взгляду отчитать меня, но я его перебила:

— П-п-подожди! Тебе нельзя ехать в эти шахты. Во всём этом замешан твой…

Хэмлин, вместо того, чтобы дать мне закончить, чуть встряхнул и склонился к моим губам, оставляя лёгкий поцелуй. Сказать, что я опешила от его действий, это значит ничего не сказать. Глаза стали размером с блюдца, не иначе.

Муж же отстранился и улыбнулся довольно, сам же прошептал, почти не разжимая губ:

— Молчи Анна, я всё знаю.

Знает? Знает?! То есть, как это знает? А почему тогда молчал? Почему говорил мне какую-то чушь о том, будто понятия не имеет о тех, кто ещё связан с Маргарет? Он мне настолько не доверяет?

Последняя мысль была… отрезвляющей. Настолько, что вместе с трезвостью из головы вообще всё выветрилось, оставив лишь звенящую пустоту. И сосущую боль где-то под рёбрами. Сердце, стучавшее до этого надсадно, истерично даже, замерло и стало проталкивать кровь рваными, едва различимыми толчками.

Я затихла, уставившись немигающим взглядом в сторону дома. Хэмлин нёс меня, чеканя шаг и, кажется, не испытывая никакого дискомфорта от моего веса. Пару раз поймала его косой взгляд в мою сторону, и будто бы желание что-то сказать, но… Он промолчал, я же тоже не стала ничего уточнять. Не видела смысла.

Мы прошли по едва просыпающемуся дому, откуда-то с кухни был слышен звон кастрюль, и вошли в кабинет. Хэмлин с грохотом ногой закрыл дверь, замер посреди комнаты. Постоял так с минуту, пока я не попросила чужим каким-то, хриплым голосом: