Книга Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех!, страница 186 – Анастасия Королева

— Зачем вы встали? – возмутилась искренне и подошла к мужчине.

На его впалых щеках загорелся едва заметный румянец и управляющий смущённо махнул рукой:

— Да что вы, госпожа, не могу же я вечно отлёживаться? К тому же, всё со мной уже хорошо.

То, как ему было «хорошо» я видела. Синие мешки под глазами, да и сам взгляд потухший, помутневший даже. Кожа на лице натянулась так, что ещё немного и вовсе просвечиваться начнёт. Что это за геройство во вред себе?

— Мистер Саташи, – начала строго, но меня перебил злой голос мужа.

— Вернитесь в свою комнату, работа никуда не денется.

На меня он намеренно не смотрел, а я… Оробела. Потому что Хэмлин напомнил мне себя в первую нашу встречу. Тогда он был таким же чужим и холодным, хоть и красивым. Надо же, а актёр из него получился бы отменный.

Ему Ониэр перечить не решился. Опасливо окинул герцога испуганным взглядом, потом посмотрел на меня с какой-то отеческой жалостью и со вздохом направился в свою комнату.

Хэмлин же не снизошёл до того, чтобы бросить на меня хотя бы мимолётный взгляд, он стоял, напряжённо сжимая и разжимая кулаки. Хотелось подойти и погладить его руку, но я вовремя осадила себя – матушка должна поверить, что между нами пробежала чёрная кошка. Понурив голову, я отправилась к детям, которые так и жались друг к другу в коридоре. Им было невдомёк, что мы поссорились понарошку. И рассказать правду я не имела права.

Аделия подошла ко мне и схватила за юбку платья. Преданно заглянула в глаза, улыбнулась несмело, пытаясь вызвать мою улыбку. Я потрепала её по голове и не очень уверенно прошептала:

— Всё хорошо.

Ханс вопросительно вздёрнул бровь, я же в ответ покачала головой. Нет уж, разговаривать на эту тему я ни с кем не собиралась, не была уверена, что смогу придерживаться легенды от начала и до самого конца.

Благо, охраннику хватило такта не лезть ко мне в душу, но всё же он посмотрел крайне неодобрительно на Хэмлина, который всё ещё стоял за моей спиной.

Мы разошлись и больше не виделись до самого вечера. Дети вели себя тихо, будто чувствовали, что что-то должно случиться. Когда же мы с Аделией вечером, вместо спальни Хэмлина вновь вошли в свою, малышка упрямо покачала головой и показала пальчиком на дверь напротив.

Мне так хотелось рассказать ей всё, уверить, что ничего страшного между нами не произошло, и что нужно всего лишь немного подождать, но я промолчала. Только сказала:

— Так нужно.

Подготовка ко сну проходила вяло. Малышка то и дело тяжело вздыхала, я вторила ей, но когда потушили светильники и легли в кровать, я довольно быстро провалилась в сон. Жаль только, что сном он был лишь отчасти. Я вновь оказалась на берегу реки, где меня ждала растрёпанная Аннэт с сумасшедшим, совершенно невменяемым взглядом.

Та-а-ак! Приехали. Её появления Хэмлин как раз и не учёл в своём идеально выверенном плане. И что мне теперь делать?

Аннэт замерла, заметив меня, а потом моргнула пару раз, сбрасывая с себя пелену безумия. И у неё это даже получилось – взгляд стал более вменяемым, даже спокойным. Единственное, что тьма совсем не пропала, лишь притаилась, выжидая.

Страшно мне не было, просто потому, что я устала бояться. И девушка будто бы почувствовала это, едва заметно улыбнулась самым краешком губ. Сделала шаг вперёд, но, скривившись, остановилась.