Онлайн книга «Кавказец. Он ненавидит меня, а я...»
|
По всей видимости он чувствует, что я прекратила сопротивляться, потому что руки, удерживающие меня, начинают медленный путь вниз. Пальцы оглаживают шею, плечи и внезапно касаются груди! Меня словно молнией пронзает от такого прикосновения! Потому что никто и никогда так не делал... Сжимает, шумно втягивая ноздрями воздух. Неожиданно затвердевший сосок болезненно трется о ткань бюстгальтера... Надеюсь, он достаточно отвлекся? Резко поднимаю вверх ногу, собираясь каблуком ударить по его ступне, как учил брат. Но получается так, что я сначала бью ему между ног коленом! До того как с диким криком он отскакивает в сторону, успеваю понять, что там, у него в паху, было что-то очень твердое. Нетрудно догадаться, что именно! И я ударила именно по этой выпуклости! Получилось даже лучше, чем я рассчитывала! С диким хохотом, который рвется из меня напополам со слезами, отбегаю подальше. И смотрю на него, согнувшегося в три погибели и держащегося руками за причинное место. И хохочу. Ровно до того момента, пока, распрямляясь, он не говорит: — Пиздец тебе, сучка... 7 глава. Дурочка Папа сказал бы, что я творю дичь. Он часто так говорил... Но да! Я смеюсь, как дурочка, отскочив подальше от удаленного мною мужчины. И так как я не знаю его имени, мысленно решаю звать про себя "жених". Он же объявил, что женится? Ну, и вот... Мой нервный смех стихает сам собой ровно в тот момент, когда "жених" распрямляется. Я, конечно, понимаю, что это со мной нервное — нелогичные, неправильные реакции из-за стресса. Нормальный человек, в обычном своём состоянии в такую вот минуту смеяться точно не станет. В институте мы это проходили. Правда, нас пока не учили, как с этим бороться... Теперь мои растрепанные эмоции меняются кардинально, сделав очередной кульбит и по спирали вернувшись снова к страху. Прячусь за спинку кровати. Хотя, конечно, спрятаться здесь, в маленьком помещении без мебели, просто негде. Медленно идет на меня. В жёлтом свете единственной лампочки под потолком не понять, что у него там, на лице, написано. Но я и так знаю — сейчас мне будет плохо! — Нет-нет-нет! — съезжаю спиной вниз по стене. Выставляю вперёд руки, стараясь защитить лицо. Мне кажется, если он меня сейчас ударит, то сделает это именно по лицу! Но удара не случается. Некоторое время так и сижу, зажмурившись и втянув голову в плечи. А когда открываю один глаз, чтобы посмотреть, почему он остановился, вижу, как, повернув голову в сторону входа, жених прислушивается к чему-то. Пытаюсь услышать тоже хотя бы что-то. Может, там уже меня спасать приехали? Действительно, там, за дверью, во дворе, слышны голоса. Причем что-то такое, похожее на панику, как будто люди бегают и кричат. И я снова не могу сдержаться! Такое ощущение, что внутри меня сидит кто-то, напрочь лишённый чувства самосохранения, и он просто вот толкает меня на необдуманные слова и поступки. — Это мой брат за мой приехал. Сейчас меня заберет, а тебя накажет. Пристрелит тебя! Будешь знать! — звучит глупо и по-детски, но просто я говорю то, что первое приходит на ум! — Ты сиди здесь и не высовывайся. Поняла? Передумав меня убивать, разворачивается и идет к выходу. Подхватившись с пола, на цыпочках бегу за ним. Сердце колотится в груди, как сумасшедшее! И страшно, и топит адреналином от собственной смелости! |