Книга Колонна приговоренных, страница 105 – Александр Тамоников

Оставив Антипа стоять возле тропы, Шубин вместе с Юстиной дошли до ожидавших его разведчиков и спасенных детей.

— Быстрее вставайте! — еще не дойдя до саней, громко приказал он. — Нам надо идти как можно скорее. Поднимайте детей, и пойдем.

Женщины, Тадеуш, Францишек и разведчики стали помогать детям выбираться из саней. Полусонные и пригревшиеся под одеялами и соломой, дети не спешили покинуть тепло и снова куда-то идти по морозу и ветру. Но взрослые тянули их, ставили на ноги. А холодный ветер делал свое дело — пробуждал их ото сна и заставлял двигаться. Сначала медленно, затем все быстрее, почти бегом.

Дошли до поля, и там Глеб распрощался с Тадеушем, который, оставив лошадку на попечение сына, проводил разведчиков с детьми до окраины леса.

— Вы там не тяните с наступлением, — попросил поляк, пожимая руку Шубину. — Сил уже нет под немцем жить. Хочется поля хлебом засеять. И так, чтобы не думать, что у тебя весь урожай заберут.

— Ждите, скоро уже. Еще неделя, и придем, — заверил его Глеб.

Потом он распределил детей на несколько групп и между ними поставил взрослых, чтобы следили за ними.

— Ни один ребенок не должен сойти с тропы, — наставлял он разведчиков и женщин. — Поле заминировано, и все должны идти след в след. Вы поняли? След в след! Шаг или даже полшага в сторону, и все может закончиться очень плохо. Для всех нас.

— Так вот почему немцев на этой стороне села нет, — догадался Вальцов, который и сам только что узнал от Шубина, что поле, по которому они с ним шли в гмину и обратно, заминировано. — А я-то думаю, почему так тихо. А оно вон как выходит.

Переход через минное поле хотя и занял больше времени, чем рассчитывал Шубин, но прошел спокойно, без происшествий и, главное, не был замечен немцами. Видимо, Вальцов был прав — те не сильно беспокоились об опасности, которая могла им грозить с северной стороны села. Надеялись на установленные ими мины, а потому не выставляли постов с этой стороны. Случайно или нет, но это было большой удачей для Шубина и всех, кто находился сейчас рядом с ним.

Детей и женщин разместили в сарае. Когда-то в нем жили коровы и лошадь, хрюкали свиньи, а теперь были только коза с козленком, каким-то чудом уцелевшие от немецкой экспроприации. В сарае было относительно тепло и просторно. Сеновал хотя и невелик, но детям хватило, чтобы всем улечься на душистую солому. Женщины снова накрыли их одеялами и прикрыли сверху слоем сена.

Юстина сходила в дом и принесла детям полкувшина козьего молока. Всем, даже женщинам, его хватило лишь по глотку. Измучившиеся трудным переходом через минное поле, Ева и другие полячки прилегли рядом с детьми. Юстина села рядом и стала их тихо расспрашивать, кто они и откуда.

Глеб приказал радисту Ждановичу охранять пленных, которых тоже завели в сарай и отсадили отдельно ото всех, а сам с Вальцовым, Савенковым и Теплицыным вышел на дорогу — готовить для самолета посадочную полосу. Нарезали ножами прутьев, что росли сразу за гминой. Натаскали с разрешения хозяев из поленницы дров, сложили несколько кучек вдоль дороги. Ровно столько, чтобы осветить небольшую полосу дороги и чтобы летчикам сверху было видно, куда сажать самолет.

Пока работали, Глеб время от времени останавливался и прислушивался. Не столько к тому, заметили ли немцы их активность на другой стороне села, сколько к тому, не раздастся ли гул летевшего в их сторону самолета. Примерное время, которое им было назначено для ожидания самолета, — час ночи. И это время неумолимо приближалось. Надо было успеть все подготовить.