Книга Черные тени Ленинграда, страница 58 – Александр Тамоников

Гробовой же докладывал об увиденном: цепочка из трех субъектов, работа «почтового ящика», живой и действующий капитан Соколов и встреча с неизвестным в офицерской шинели, который ушел в частный сектор. Две нити сошлись в одной точке. Лиговка.

Теперь нужен был крючок. Приманка, достаточно жирная, чтобы клюнула крупная рыба, и достаточно правдоподобная, чтобы не вызвать подозрений у профессионального разведчика-контрразведчика, каким, судя по аккуратности работы сети, был куратор «Филина».

Бугров отвернулся от окна. В комнате было холодно. Единственный источник тепла — маленькая железная печка-буржуйка, стоявшая в углу, тлела еле-еле, была жесткая экономия скудных запасов дров. Он подошел к столу, где под зеленым суконным покрывалом лежала карта Ленинградского фронта. Его пальцы, еще не до конца отогревшиеся после возвращения с Мойки, 96, легли на квадрат в районе Пулковских высот — ключевой участок обороны, сектор, карты которого были на микрофильме убитого курьера.

— Что они хотят знать? — тихо спросил он сам себя. Методика анализа запускалась автоматически, как дыхание. — Они уже имеют оперативные карты. Значит, им нужно не статичное положение, а динамика. Перемещения резервов. Прибытие новых частей. То, что может сорвать планируемое наступление или, наоборот, открыть уязвимость для их удара.

Мысли текли медленно, тягуче, как замерзающая смазка в затворе винтовки. Голова была тяжелой, веки налились свинцовой усталостью. Но внутри, под этой физической оболочкой, работал холодный, расчетливый аналитический мозг. Бугров перебирал возможные варианты дезинформации. Сообщение о переброске стрелковой дивизии? Слишком масштабно, проверяемо по множеству каналов, к тому же в условиях блокады подобное почти нереально. Данные о новых артпозициях? Возможно, но это потребует подтверждения визуальной разведкой, на что уйдут дни.

Нужно было что-то более простое, но от этого не менее критичное. Что-то, что заставит шпионскую сеть срочно запросить инструкции или доложить об успехе. И здесь его память, натренированная на уставные положения и технические характеристики, выдала нужный образ. Танки. Тяжелые танки КВ–1. В ноябре — декабре сорок первого года несколько таких машин, «Клим Ворошилов», действительно прорвались в Ленинград с Большой земли и сыграли важную роль в локальных контратаках. Их было мало, они были на вес золота, и их появление на том или ином участке фронта кардинально меняло баланс сил. Немецкая разведка охотилась за данными о них с особым рвением.

Если бы в штаб поступила информация о том, что на передовую, в сектор, карты которого уже у врага, скрытно перебрасывается рота КВ–1 для контрудара… Это была бы информация уровня «молния». Та, которую нужно передавать немедленно.

Он взял блокнот и начал набрасывать пункты, сверяясь с внутренним перечнем задач:

Право. Имеет ли он право на проведение дезинформационной операции? Да. Мандат ГУКР Смерш давал широкие полномочия по пресечению шпионажа и диверсий, включая проведение оперативных игр. Санкцию на конкретные действия нужно получить у руководства УНКВД ЛО — заместителя начальника Орлова. Это формальность, но необходимая.

Возможность. Можно ли технически подготовить убедительный документ? Да. Косович с его знанием штабного документооборота и почерков поможет. Технический отдел может помочь с бумагой, печатями. Нужно имитировать исходящий документ отдела бронетехники штаба фронта. Не приказ (слишком высокий уровень), а служебную записку или ведомость на перемещение.