Книга Борись за мою любовь, страница 95 – Мария Манич

А он, словно сказочный принц, разрулил ситуацию с мачехой. Усмехаюсь и опять отворачиваюсь к окну. Золушка и Принц. Это точно не наша сказка... и никогда ей не будет. Вообще, ничего “нашего” не будет! Я здесь не поэтому... Я вообще не знаю, почему я здесь…

Потому что дура!

Ага. Внутренний голос, ты повторяешься.

— Ещё немного осталось. Спать не хочешь? — спрашивает Морозов и касается моей руки своей.

Осторожно поглаживает пальцы, а потом сжимает. Прикрываю глаза.

Я не дергаюсь больше от его прикосновений. Иногда даже жду их.  Особенно объятий. Так приятно, когда тебя просто обнимают. Прижимают к другому теплому телу, осторожно, будто боясь раздавить.

Я ужасная. Это ведь всё физика? Людям инстинктивно хочется тепла. Любви? Близости?

Хочу, чтобы он меня поцеловал. Ещё раз. С жадностью и напором. Не осторожничал. Терзал губы, врывался языком в рот, борясь с моим. Заставлял хватать ртом воздух и просить ещё и ещё. Потому что в тот миг, когда его губы коснулись моих, по моему телу будто электрический импульс прошёлся. Обнажились все нервные окончания.

Было хорошо и плохо одновременно. Меня разрывает на части от этих эмоций. Я, как потерянный в океане корабль, качаюсь на этих эмоциональных волнах, не знаю, в какую сторону мне плыть. Где берег? Спасение? Где оно?

По телу разливается волна тепла, стекая вниз живота.

Мне плакать хочется, когда я вспоминаю наш поцелуй у него в ванной. Его прикосновения на кухне. Нежные и горячие касания. Я не готова ни к чему такому в своей жизни. Не подозревала и не ожидала. Меня накрыло, будто снежной лавиной. Сначала ты замечаешь кружащий вдалеке снег, он постепенно приближается, а тебе всё кажется, что это просто снег. Обычный такой снегопад, чуть более сильный, чем всегда. Но когда он приближается, понимаешь — что-то не то. Бежать нужно. Со всех ног.

Искать укрытие, переждать бурю. Вот так и я.

Сбежала. Спряталась. А буря настигла там, где я ожидала меньше всего.

— Открывай глаза.

Медленно приподнимаю веки и смотрю в лицо Кирилла. Он смотрит в ответ с нежностью  и осторожно касается пальцами моей щеки.

— Где мы?

— Раз у меня есть только один шанс удивить тебя, я хотел, чтобы ты, несмотря на исход сегодняшнего дня, его запомнила. Чтобы у тебя было что-то хорошее, связанное со мной. Даже если мы больше не увидимся, — тихо говорит Кирилл, приближаясь ко мне.

— Ясно, — всё, что получается выдавить из себя.

Он берёт меня за подбородок и поворачивает в сторону окна, за которым колышется рассвет.

Мои глаза округляются, а дыхание сбивается.

Цепляюсь за его руку, впиваясь ногтями ему в кожу.

На ровном, пустынном поле, в нескольких сотнях метров от нас стоит потрепанного вида “газель”. Рядом с ней огромная плетëная корзина, около которой суетятся люди. Расправляют по земле длинные куски ткани, какие-то веревки, провода. Работает генератор. Ткань начинает подниматься и наполняться воздухом. Как шарик.

Воздушный шар.

Я сижу неподвижно, сглатывая вязкую слюну, боюсь повернуть голову в сторону Морозова и лишь  тихо, хрипло спрашиваю:

— Ты читал мой дневник?

У меня внутри всё обрывается. Сердце замирает на мгновение и падает вниз. Я просто не перенесу ещё одного предательства. Такого низкого. Грязного. От человека, которого любила большую часть жизни. Хрупкая паутина надежды, тянувшая ниточки к сердцу, рвётся в считаные секунды.