Книга Борись за мою любовь, страница 105 – Мария Манич

Квартира, которую мне нашел Морозов — маленькая студия на последнем этаже. Современная крохотная кухня переходит в гостиную, где стоят диван-кровать и небольшой компьютерный стол. Вещи из чемодана наконец перекочевали в угловой шкаф. За последнее время я купила несколько интересных книг и они ровной стопкой стоят у моего спального места. Ничего лишнего. У меня даже вазы нет. Обживаться и заполнять пространство ненужными мелочами не планирую. Отъезд близок и я его жду.

Выловив остатки солёных огурцов из банки, споласкиваю её и, налив туда воды, ставлю цветы.

— Симпатично, — усмехается Морозов и, усевшись на диван, смотрит на меня.

Скользит взглядом по голым ногам, домашним коротким шортам, поднимается выше к груди, прикрытой тонкой пижамной майкой. Я целый день не выходила из дома и не переодевалась с самого утра: как проснулась, так и ходила в пижаме. Растрепываю рукой нечëсаные волосы и смотрю в глаза Кирилла. Он, поймав мой взгляд, быстро облизывает губы и жестом приглашает присоединиться к нему.

Внизу живота теплеет и потягивает  от нашей игры в гляделки.

Медленно оттолкнувшись от столешницы, я подхожу к нему и забираюсь на колени. Откидываю с его лба непослушную челку и обхватываю лицо ладонями. Хочется стереть напряжение с его губ, которые сжались и превратились в тонкую линию. Он часто целовал меня первым, иногда просил, чтобы я сама поцеловала. Сейчас идеальный момент, чтобы попросить. Но он ничего не просит. Просто смотрит.

— Что-то случилось, Кир? — спрашиваю осторожно, гладя его щеку.

— Ты мне скажи.

Я сглатываю. Выдерживаю его взгляд столько, сколько могу. Серые глаза смотрят серьёзно, на скулах напрягаются желваки. Я глажу их, пытаясь успокоить прилив гнева у мужчины.

Догадываюсь, чем он вызван, трусливо не хочется об этом говорить. Я, как тот страус из мультика, который при приближении опасности прячет голову в песок, делая вид, что его нет и проблем нет. Очень удобно.

— У меня всё нормально.

— Тогда и у меня тоже.

Его руки не бездействуют и уже вовсю поглаживают мои бёдра. Забираются под шорты и гладят там.

В голове мутнеет, дыхание сбивается.

Его губы близко, руки шарят по моему телу, не стесняясь, распаляют нас обоих всё больше. Мы оба дышим часто и надсадно, но никто не собирается сдаваться и не целует первым.

— Где ты был весь день? — спрашиваю, наклоняясь к нему и вдыхая запах его кожи. — Работал?

— Ага. Ответ из Москвы пришёл.

— И как? — замираю в ожидании ответа, цепляясь за его плечи.

— Второе собеседование было решающее. Не зря поехал. Взяли.

— Ура! — восклицаю радостно и прижимаюсь губами к его щеке. — Ты рад?

— Да.

А так и не скажешь, что рад. Что же ещё его мучает?

— Где Оля?

— С отцом. Хочешь, останусь на ночь? — шепчет Кирилл, кладёт руку мне на затылок и притягивает ближе к себе. Целует выпирающую ключицу, проводит языком по шее, оставляя влажную дорожку.

Волоски на теле встают дыбом, а глаза сами собой закатываются.

— Ммм.

Кирилл не выдерживает и поднимается выше, ловя мои губы в свой плен. Посасывает их и раскрывает языком. Прикусывает нижнюю и тянет зубами на себя. Из моей груди вырвается полувздох-полувсхлип, сильнее сжимаю его бедра своими, и мир переворачивается.

Я оказываюсь лежащей на лопатках, под Морозовым. Его глаза возбужденно блестят и мечутся по моему лицу, словно пытаются запомнить каждую чëрточку. Меня смущают такие пристальные взгляды, потому что сейчас я не могу ответить тем же. Даже если захочу, не знаю получится ли у меня.