Онлайн книга «Временные трудности 3»
|
— И как вам, князь, это, с позволения сказать, творчество? — высокий блондин с армейской выправкой кивнул в сторону одной из картин, возле которой происходило самое жаркое обсуждение. Это был портрет тридцатитрёхлетней жены Анри Матисса Амели Парейр, названный La Femme au chapeau, или «Женщина в шляпе». В типичном фовистском стиле её лицо было испещрено зелёными, розовыми и жёлтыми пятнами под кирпично-красными и кобальтово-синими волосами, на которых красовалась огромная фиолетовая шляпа с разноцветными перьями. Князь N. бросил в ту сторону быстрый взгляд и презрительно скривился: — Я надеюсь, граф, вы позвали меня сюда не того, чтобы обсуждать эту мазню? Довольно странное место для серьёзных дел, а господин Сомов передал, что у вас очень срочное и важное дело… — Место выбирал не я, князь. Перед вами у меня была здесь встреча с Гансом — это его идея. Он сказал, что в этом сборище идиотов серьёзного человека будет видно издалека. — Давайте ближе к делу, Павел Константинович. — Извольте, князь. Сегодня Ганс недвусмысленно предложил нам всем свою помощь… — Кто такой Ганс? — быстро перебил своего собеседника князь N. — Он представился мне полковником германского генштаба. Хотя я уверен, что имя и фамилия вымышленные, и к генеральному штабу он не имеет никакого отношения. Скорее всего, разведка. — И что он предлагает? Чем разведка Германской империи может нам помочь? — Он говорил от лица кайзера Германии Вильгельма II. — Это ещё ничего не значит, — снова поморщился князь N. — Вы думаете, им можно доверять? — Нет, конечно, но сейчас наши цели совпадают. Им тоже очень не нравятся происходящие в России перемены, и они предлагают свою помощь в возведении на престол Михаила Александровича. Князь N. не удержался и саркастически хмыкнул, но потом его лицо приобрело задумчивое выражение, и после продолжительной паузы он тихо сказал: — Вы знаете, граф, а ведь это очень интересное предложение. И я уверен, что многие его поддержат как в России, так и за её пределами… — Совершенно верно, князь, Николай Александрович определённо сошёл с ума и тянет страну в бездну. Наша задача — спасти империю любой ценой! Ну и, конечно же, восстановить статус-кво. — Вы абсолютно правы — это наша святая цель, — улыбнулся одними губами князь N., продолжая смотреть пытливо и настороженно. — А у ваших разведчиков уже есть план практической реализации задуманного? — Разумеется. Но действовать они планируют нашими руками. — Само собой, кто бы сомневался… — хмыкнул князь и добавил жёстким, не терпящим возражения тоном. — Для начала необходимо устранить этого выскочку — графа Белова. — Согласен. Именно с его появлением начались все эти странности с императором. Вы знаете, какие сейчас слухи ходят по столице? — Да. Я снял целый апартамент в Hotel des Reservoirs, и многие наши соотечественники гостят у меня. К слову сказать, не все столь предусмотрительны, как мы с вами, дорогой граф. Некоторые сейчас полностью разорены и готовы не только с германцами, но и с самим Мефистофелем договориться, лишь бы вернуть всё обратно. Санкт-Петербург Двухэтажное здание политической тюрьмы, так удачно вписанное в контуры Трубецкого бастиона, расположенного в юго-западном углу Петропавловской крепости, было рассчитано на шестьдесят девять одиночных камер. Чувство полной изолированности от внешнего мира, царившее в этих холодных и сырых казематах, нарушалось лишь полуденным выстрелом пушки с Флагшточной башни, а потом опять наступала полная тишина и несчастные узники оставались наедине с собой и своими невесёлыми мыслями. |