Книга Сто причин моей (не) любви, страница 44 – Елена Романова

Олсен знает, что артефакт у меня, но вредить не станет. Он, действительно, постарается обеспечить мою безопасность. Но хочу ли я такое покровительство от него?

А если рассказать обо всем лорду Лесли? Поверит? После того, что ему поведал Беррон, его светлость посчитает меня предательницей! Возненавидит?

Шум воды стих, и вскоре в комнате появился красный дракон. Намотав полотенце на бедра, он прошагал к шкафу, оскорбляя меня своим постыдным видом… своими мокрыми, длинными потемневшими волосами, которые почти достигали его поясницы. Они слегка вились, липли к его плечам и широкой спине. Они сейчас были цвета красного вина, и лежали за плечами, открывая полностью мужское лицо.

Линия челюсти у Олсена резкая, острая, шея беззащитная, губы довольно яркие, подвижные и вульгарно красивые. Но больше всего в его внешности впечатляет взгляд. И не цвет его глаз, а взгляд — хитрый, насмешливый, злой. Черные брови и ресницы подчеркивают эту пугающую красоту, делают ее явной, кричащей, почти преступной.

Боги, какой же он…

Я отвернулась, прижав кулаки к губам. Что я делаю? Поддаюсь влиянию дурацкой метки? Нет, и еще раз нет. Просто я целомудренна, а он обнажен. Это чисто научный интерес. Это испариться из моей головы, когда он уйдет.

— Ты пропустишь все самое интересное, — не голос, а сладкий мед.

— Что? — повернулась я и обмерла.

Градус омерзения повысился, едва не улетая в стратосферу, потому что Олсен сорвал полотенце.

— Ах! — я зажмурилась.

Там на чертовой горе, когда он тоже был обнажен, этого не было: дурацкого сердцебиения, сухости во рту, фейерверков под веками. Не было и желания разглядывать.

— Это низко, — мрачно прошипела я.

— Разве? — он рассмеялся. — Ты ведешь себя, как девственница, Митчелл.

Пошел бы он к черту.

— А вы считаете, что у меня богатый опыт? — процедила я канцелярским тоном, слыша шорох одежды. — Не судите всех по себе, господин Олсен. Если вы завсегдатай публичных домов, то не все делают то же самое. Уверена, у вас и дня не проходит без демонстрации дамам своего неуемного сексуального… потенциала. Ай!

Я испуганно замерла, когда горячая ладонь обхватила мой подбородок. Нейл вдруг опустился на корточки, сравнявшись со мной, и серьезно уставился мне в глаза:

— Давай на чистоту, Митчелл. Ты спишь с Маккейном или нет?

Так серьезен. И этот тон, и блеск нетерпения в глазах. Неужели его так это волнует?

— Кем вы себя возомнили? — я ударила его по руке. — И за кого вы меня принимаете? Я — секретарь его светлости, а не…

— Да ну к черту? Ты серьезно? — изумился он. — Это правда, Митчелл? Ты девушка? У тебя никого не было?

Я вновь зарделась. Горячая дрожь прокатилась по телу.

— Вы не имеете права! — пытаясь скрыть неловкость, с досадой проговорила я. — Это не ваше дело.

— Это мое дело.

Я снова взглянула в его лицо — ссадина на внешнем уголке брови так и осталась. Хотелось подуть на нее, мягко провести пальцами. Но вместо этого, я мотнула головой, отгоняя наваждение.

— Господин Олсен, — вдохнула побольше воздуха, чтобы прочесть очередную отповедь, но он холодно спросил:

— Кто тогда поцеловал тебя? Это ведь был поцелуй, Митчелл? Отвечай, — и глаза опасно засверкали, — не трать мое время.

— Это получилось… впервые. Лорд Лесли думал, что целует другую.