Книга Мажор. Прилип как банный лист, страница 38 – Кристина Новицкая

* * *

Все последующие дни летели один за другим. Мы, как и договорились, играли роль примерных жениха и невесты. Моя мама вся ушла в подготовку и даже не заметила, что я просто забила на свадьбу. Мне было плевать на цвет, музыку, гостей… абсолютно всё равно. Но платье мерить я поехала и решила, ничего страшного, если присмотрю что-то на будущее. И какая девочка не мечтала прочувствовать этот момент в нарядах принцессы.

— Покрутись, Ангелина, — дирижирует мама. Я крутилась уже раз сотый, но занятие оказалось в принципе забавным. Белые платья такие красивые, что глаза разбегаются.

— Неплохо вроде, — выдаю оценку, расправляя пышную юбку.

— Меня не устраивает «неплохо». Нам нужно лучше всех. Снимай эти шторы!

Закатив глаза и смиренно приняв тот факт, что моей маме всегда будет что-то не так, иду в примерочную, но едва захожу, как меня прижимают к стене.

— Эй! — вскрикиваю от неожиданности.

— Тихо, — аккуратно мне закрывает рот никто иной, как Гордеев. Его глаза горят азартом, драйвом и тем самым огоньком, который будоражит все мое нутро. — Ты невероятно красива, — шепчет Свят и медленно убирает руку.

— Ты как здесь? А если мама заметит?

Он выглядывает из-за двери, а потом назад закрывает и выдает:

— Твоя мама слишком увлечена. А вот я соскучился.

Целует. Страстный, требовательный поцелуй разжигает внутри пожар. Сотни мелких бабочек своими крылышками щекочут низ моего живота. Напряжение между нами нарастает. Желание кружит голову и сносит крышу. Забываю где я, зачем. Есть только мы. По телу лава. Я горю.

— Совсем немного поиграем, идёт? — отрывается от моих губ. Его безумная улыбка, я в ней тону и согласна всегда на все. Без слов, просто притягиваю его снова к себе. Губы в губы. Вновь. Без остановки. Так что воздуха не хватает. Я поймала себя на мысли, что примерочная превратилась в нашу маленькую вселенную, где нет никого, кроме нас.

Пробираюсь к нему под футболку, четко ощущаю, как впиваюсь своими ногтями в твердые бугорки его мышц. Только вот у парня дела не так хорошо. Ему тяжело проникнуть ко мне под всей этой грудой фатина.

— Чёрт!

— Не порви, — смеюсь, и всё возбуждение уходит в другое русло. — Лучше бы пришёл, когда я бельё буду выбирать.

— И это тоже будет?

— Угу, — киваю, облизываю губы. — Жду тебя через час, через два магазина по правую сторону. Мама точно поведёт меня именно туда.

— Мне начинает нравиться вся эта подготовка.

— А мне ты нравишься.

Я снова тянусь к нему, но нас прерывает моя мама.

— Лина! Ты сняла платье⁈

Ее голос звучал так громко, что казалось, стены дрожат, и вся магия нашего момента разрушилась моментально.

— Да, почти, — быстро чмокаю Свята и поворачиваюсь к нему спиной, указывая на то, что мне нужна помощь. Парень помогает, при этом продолжает меня искушать. Он целует мое плечо. Пальцами щекоча проходит по спине… Устоять сложно. Почти нереально.

В общем, по факту так проходил почти каждое наше уединение. Но об одном я не забывала, и уже через пару дней после проведенных выходных за городом, обратилась за помощью к своему папе. Он, конечно, не сразу пошел мне на встречу, боясь проворачивать дела за спиной Гордеева старшего. Я знала, что играю опасно, но щенячьи глазки всегда были моим оружием, и папа сдался.

— Только видимо все зря.