Книга Подарок, страница 46 – Джун Ньютон Редфилд

Я положила ему руки на плечи, закинула ноги на торс. Он схватил их, поднялся и пошёл в сторону ванной. Я прижалась к нему всем телом, положив голову ему на затылок. Как я не хотела его отпускать! Я хотела, чтобы он был моим всегда. Всегда был со мной. Томас снял костюм, затем футболку и сел в ванну в шортах. Я замерла на какое-то мгновенье, вспомнив, что вчера в подобной мокроте произошло самое прекрасное в моей жизни после рождения Орсона.

— Я жду… – сказал Томас голосом ребёнка.

Я включила воду и душем стала поливать его голову. Его мягкие волосы так и выскальзывали из моих рук, когда я намылила их шампунем. Сразу в памяти всплыл Орсон, как он купается, резвится в ванной, расплескивает всю воду, играет в капитана корабля среди надувных уточек и корабликов и строит башни из пены. Я смыла шампунь и хотела использовать на волосы Томаса остатки бальзама, но он встал. Он задумчиво посмотрел на дно ванной и тяжело выдохнул.

— Знаешь, – сказал Томас мрачным голосом, – почти два года назад я узнал об измене Беллы. В тот день я ненавидел весь мир. Всех людей, которых я знал, я был готов обвинить в этом. Пока не понял, что никто не виноват, – по его щеке скатилась слеза. – Я понял, что для каждого существует свой человек. Я понял, что глупо винить Беллу в её измене. Она нашла своего человека, хоть и сделала больно мне. Я понял, что сделал бы то же самое, если бы нашёл своего человека. Но я прозрел только тогда, когда увидел, что в сложное время, только ты была рядом… когда я нашёл своего человека в тебе, – Томас посмотрел на меня красными от слез глазами. – Только тогда я смог простить Беллу. Ведь у меня есть ты и Орсон. Кто мне ещё нужен? – ему было больно, я это видела. Но боль скорее была от того, что он осознал, как долго был слеп, как долго был в плену гормонов.

Томас снова вспомнил ту любовь, ту нежность, с которой он относился к Белле. Вспомнил боль, которую принесла ему она. Но было видно, что эта боль больше ему не так важна, как раньше.

Я была счастлива, что Томас стал моим, так, что не могла связать и слово со словом. Хоть мне и было больно так же, как и ему, из-за случившегося два года назад, ведь Томас был частью моей семьи, частью меня самой. И хоть измена Беллы стала причиной наших близких отношений, я понимала, чтоо за это ей «спасибо» никогда не скажу. Из глаз потекли слезы радости, счастья, что я тоже нашла своего человека.

— Почему ты плачешь, красотка? Разве я сказал что-то грустное?

— Это слезы радости, Томми, – он улыбнулся и обнял меня своим мокрым телом.

Я прижалась своей головой к его груди, услышала его сердцебиение. Вот о чем я мечтала все эти два года. Больше мне ничего не нужно.

Мы так и ни разу больше не целовались до конца июля. Мы любили друг друга, но хотели, чтобы все было по целомудренным стандартам. Он не обнимал меня, я не держала его за руку, ведь теперь мы понимали, что для обоих это больше чем дружеский жест. Однако, теперь я была уверена, что он любит меня, и для меня было неважно сколько придётся ждать, чтобы снова обнять его и почувствовать его тепло.

Томас был нежен ко мне даже в маленьких фразах, действиях. Он всегда слушал меня, чтобы я ни говорила. Томас идеально понимал меня. Он слышал эти намеки в моих обычных фразах, видел скрытое между строк моих рассказов. Томас понимал мой сложный и одновременно незамысловатый юмор. Я поняла, что нашла того человека, который понимал меня всю. Принимал меня такой, какой я была. Он даже сделал кое-что более важное. Томас вернул мою потерянную личность. С ним я могла быть такой, какой хотела. Мне больше не надо прятать свои загоны и причуды. Можно просто быть собой и не надо скрывать свои эмоции и свою личность. Он вернул меня настоящую к жизни и принял в свою жизнь.