Книга Подарок, страница 45 – Джун Ньютон Редфилд

Я заказала его любимые суши и лапшу с курицей. Через полчаса доставка приехала. Громкий звонок не спровоцировал Томаса выйти из комнаты. Это было странно, ведь он любит поесть. Я решила проверить его. Я постучала, ответа не было. От отчаяния я облокотилась на ручку двери, и она поддалась. Я зашла в спальню. Томас лежал, обнимая подушку ногами и руками. Он сжал её так крепко, будто хотел что-то выдавить. Я подошла ближе и села на кровать. Томас спал. Я погладила его по голове и закрутила у себя на пальце его прядь волос. Его светлые мягкие волосы и невинные карие глаза – вот во что я влюбилась, увидев Томаса впервые. Его тонкие нежные губы, желанные мной уже несколько лет, были слегка приоткрыты и из его рта стекала маленькая капля слюны. Неожиданно он открыл глаза. Я немного испугалась, что он чувствовал все и, наверняка, сто лет назад понял мои чувства к нему. Я считала, что, поранившись однажды с Беллой, Томас будет бояться кого-то любить.

— Что молчишь? – спросил он мрачным голосом.

— А что мне сказать? – я растерялась и, правда, не знала, что сказать.

— Не знаю.

— Прости меня, Томас, – наконец, сказала я, собравшись с мыслями. – Я безумно счастлива проводить вместе с тобой время, просто сегодня я хотела поторопить тебя к началу боя. Я не хотела сказать, что мне это не нравится, и я хочу быстрее закончить.

— Ну ладно.

— Ты, правда, прощаешь меня?

— Нет.

— Ну Томас! Что мне сделать? Я твои любимые наборы суши заказала и лапшу. Хочешь?

— Я хочу, чтобы ты… Помыла мне голову.

— Серьезно? Так просто?

— Ну да. Не буду же я изгаляться над тобой. А вот помыть голову я хочу, но мне же нельзя. Я же болею.

— Хочешь, прямо сейчас помою тебя! – я хотела скорее загладить свою вину.

— Не. Хочу сначала суши, ты же заказала их, да?

— Они на столе на кухне.

Томас вскочил с кровати и побежал на кухню. На столе стоял пакет с едой, поэтому он, как маленький ребёнок, сел на стул, поджав колени к груди. Его глаза загорелись желанием и любопытством. Я торжественно открыла пакет под импровизированные фанфары и расставила на столе наборы роллов и лапшу. Томас стал хлопать руками, подражая тюленям, когда они просят еду. Я дала ему палочки и пододвинула суши поближе к нему. Томас взял один ролл, подкинул его и поймал ртом, с аппетитом прожевав. Он улыбнулся набитым ртом. На его губах были крошки риса.

— Я – хороший тюленчик? – сказал он, прожевав.

— Хороший. Только у него рот большой, и он может позволить себе есть такие большие куски.

— А я что нет?

— Нет, конечно, можешь. Ты же сильный и независимый мужчина. Только собаку купить надо.

— Почему независимый? У меня есть ты. Я от тебя завишу.

— Ну да. Кто ж тебе еду готовил, если бы не я, да?

— Я б в ресторане заказывал.

— Обидно.

— Почему? Я завишу от тебя в эмоциональном плане, ты же моя жена, – эти слова были сладки, как мёд, но жалили, как пчела. Ведь я его жена формально. Просто мать его ребёнка.

— Не хочешь пойти умыться? У тебя суши по всему лицу размазаны, – на его губах был рис, на подбородке соевый соус.

— Да, хочу. Но я хочу поиграть в «лошадку», – «лошадка» – это игра, в которую он играл с Орсоном. Он садил сына на плечи и катал на себе.

— Но ты же понимаешь, что я не смогу тебя поднять?

— Конечно, я и не надеялся. Я хочу тебя покатать, – Томас тут же сел на корточки.