Книга Алый трон, страница 124 – Эми Лиоу

Сколько еще тебе нужно? – спрашиваю я.

Троих должно хватить.

Он действительно этим наслаждается. Но это его природа. Удовлетворить демона – задача не из легких, этого следовало ожидать. Я должна постоянно себе об этом напоминать. Ни сомнений, ни колебаний, только безжалостная решимость.

Ты совсем как я, – шепчет Кавита.

Сердце замирает.

Не думай об этом, только не думай, говорю я себе.

Кровь Рикши легко смывается с моего кукри. Я сосредоточиваюсь на мыслях людей поблизости, выбирая тех, кто совершал непростительные поступки, – таких мерзких, что избавиться от них – все равно что задавить таракана. Никто не станет по ним плакать.

Их богиня пришла свершить суд.

К тому времени, как я возвращаюсь в свою комнату, дождь прекращается.

Все благодаря жизням, которые я поглотила в Дхаруне, – Рикши, Маниша, Тьяг и Адитья. Интересно, перестану ли я когда-нибудь их считать, запоминать имена и лица. Ведь они лишь источник потока души для Илама.

Я падаю на кровать, закрывая лицо рукой, измученная, но опьяненная потоком адреналина. Во мне столько мощи; кажется, что внутренности вот-вот взорвутся.

Будь я сильнее, я могла бы удерживать еще больше магии, не ощущая себя разбитой. По предплечью пробегает странный холодок. Нахмурившись, я провожу по плечу рукой и открываю глаза.

На меня смотрит лицо. Вытянутое и бледное, с кроваво-красными губами и глазами и темными волосами, обрамляющими щеки.

Лицо улыбается.

Крик вырывается из моего горла.

Лицо исчезает.

Холодный пот стекает по лбу, руки и ноги дрожат. Я смотрю туда, где только что было лицо. Протираю глаза, несколько раз моргаю. Лицо исчезло.

Я прикладываю руку ко лбу и медленно выпрямляюсь. От лихорадки не осталось ни следа. Дрожь пробегает по спине. Я плотнее закутываюсь в одеяло.

Я видела Кавиту, говорю я Иламу.

Сейчас? –В его голосе равнодушие.

Разве ты ее не видел?

Нет.

Я с облегчением выдыхаю. Это было лицо Кавиты, совершенно точно.

Вернее, такое лицо у нее было, когда она умирала.

Я снова ложусь и пытаюсь выровнять дыхание. Она мертва, говорю я себе. Может быть, теперь, когда моя магия крови стала сильнее, она вернулась, чтобы меня мучить, однако это не отменяет факта, что ее больше нет, а ее труп скрыт в глубокой расселине рядом с храмом.

Я помню, как смотрела на ее тело, руки и ноги, раскинутые под неестественными углами. Помню, как ужас от содеянного подкрадывался ко мне, скручивая внутренности и мешая дышать. Как я тащила ее обмякшее тело через всю комнату и кровь оставляла пятна на полу. Помню, как отчаянно хотела избавиться от матери – стереть все следы ее пребывания в этом мире и все улики против меня. Каким-то образом, хотя это кажется невозможным для худенькой семилетней девочки, я перебросила труп через подоконник и наблюдала, как она падает, падает, падает в пропасть.

После этого я целую ночь оттирала пол от кровавых пятен – каждую каплю с ее кукри, с моей одежды. Прокравшись в комнату матери, смежную с моей, я собрала все ее вещи и тоже выбросила в окно.

Видимо, Илам как-то помог мне. Кровавые пятна с пола пропали, словно Кавиты никогда не существовало. Могла ли я, ребенок, убить взрослого и остаться безнаказанной? Вероятно, меня переполняли такие ярость и негодование, что я одолела бы даже тигра.