Книга Змеи города роз, страница 204 – Юлия Арвер

Эрдэнэ любезно протянул мне руку, но я отвергла ее уничижительным взглядом. Не хватало еще, чтобы меня касался повелитель трупов!

Он усмехнулся уголками губ и произнес медово-ласковым голосом:

— Не шарахайтесь так от жестов вежливости, иначе люди перестанут их проявлять.

— Вежливость – последнее, что люди желают проявлять ко мне, – фыркнула я.

— Конечно же, ваш огненный нрав в этом нисколечко не виновен.

— Откуда вам известно о моем нраве?

— Мне многое о вас известно, Амаль. Я наблюдал за вами шесть лет.

С этими словами Эрдэнэ направился к пещере, демонстративно проигнорировав все мои дальнейшие вопросы. Топнув ногой, скорее, по привычке, нежели от досады, я устремилась следом.

Не оборачиваясь, он следовал по тому же пути, что привел меня к горячей купальне. Через пару минут мы вернулись в длинный ход с десятком закрытых дверей. Эрдэнэ шел так тихо, что мне казалось, будто его ноги в легких матерчатых туфлях не касаются пола. Мои же шаги эхом отражались от желтоватых стен, покрытых полумраком. Всматриваясь в спину этого до невозможности странного человека, я в который раз задалась вопросом, а человек ли он.

Внезапно Эрдэнэ остановился у одной из дверей. Я на миг растерялась, решив, что мы вернулись к выделенной мне каморке.

— Подождите здесь пару минут. Я бы пригласил вас внутрь, но это стало бы слишком быстрым развитием событий. В первый же день знакомства мало кому удавалось увидеть меня в халате, не говоря уж об обнаженном теле.

— Если вы пытаетесь смутить меня, то лучше поберегите силы, – буркнула я и отвернулась.

— Если бы ваше сознание не пребывало в блаженном равнодушии благодаря каплям Мансура, я бы наверняка ощутил на себе всю мощь вашего гнева. Помня это, я пользуюсь возможностью наговорить вам непристойностей и не поджариться прямо на этом самом месте, как поросенок на вертеле.

Эрдэнэ не стал ждать моего колкого ответа и исчез за дверью. За секунду до того, как она закрылась, я успела разглядеть шикарный черный полог над кроватью и ворох одежды из дорогих тканей, сваленной на мягком цветастом ковре. А этот жук неплохо здесь устроился!

Я застыла, привалившись к известняковой стене. Кожу покалывало от живительной прохлады, грудь мерно вздымалась, вдыхая влажный воздух, а в голове царила пустота. Топкое болото спокойствия засосало все тревоги и сожаления.

Наконец дверь распахнулась, явив мне холеного нарамского аристократа. Если бы не явные корни Шань-юна, Эрдэнэ вполне мог сойти за избалованного жизнью сынка кого-то из знати Даира. На нем красовались черные шаровары и рубаха из струящейся ткани, расшитые серебряными нитями, и завершал это слепящее великолепие широкий кожаный пояс с множеством цепочек и подвесок. Похоже, мой новый знакомый чах без внимания и всеми силами привлекал его к себе. Влажные волосы он собрал в высокий хвост, перевязав черной лентой. Нет, погодите-ка… В свете блуждающих огоньков я рассмотрела серебряное шитье и на ленте.

— Теперь мы можем идти? Вы достаточно прихорошились? – буркнула я.

— Достаточно. Чего и вам желаю, – Эрдэнэ красноречиво осмотрел меня с головы до ног и скривил рот в снисходительной ухмылке.

— Боюсь, когда пропадает желание жить, желанию прихорашиваться неоткуда взяться.

— Человеческая жизнь слишком коротка. Нет ничего зазорного, чтобы наслаждаться каждым ее мгновением. Порой новый наряд или новое украшение могут вернуть давно потерянное ощущение счастья.