Книга Диспноэ, страница 231 – Юлия Арвер

Зрение туманилось. Нечеткие фигуры Ариадны и Гордия расплывались.

— Как думаешь, твой сын уже справился? – услышал Алан краем уха.

— Я не сомневаюсь в своем мальчике. Он слишком боится разочаровать меня.

Вдруг оба замолчали. Тело Алана прошила мелкая дрожь. Кажется, он бился в агонии. Или же… Нет, постойте-ка, вибрировало не тело, а пол. Дрожал целый дом, будто под ним вот-вот разверзнется земля.

Алан распахнул здоровый глаз, отчаянно пытаясь прийти в себя. Он слышал, как сквозь вату, видел еще хуже, но старательно удерживал себя в сознании.

— Эй, Мира, что происходит? – выкрикнула Ариадна, но ответом ей послужила тишина.

— Где носит эту блохастую? Нельзя доверять оборотням. Шавки есть шавки, – проворчал Гордий. – Я посмотрю.

— Нет! Останься с Аланом. Я сама посмотрю, что происходит. Может, призрак снова разбушевался. От нее всего можно ожидать.

Ариадна облизала губы, все еще выпачканные в крови Алана, и выскользнула за дверь с ножом на изготовку. Они с Гордием остались наедине. Алан все еще ощущал дрожь земли, а Гордий, похоже, плевать хотел на странности. Он подошел ближе и поднял голову Алана за волосы, вцепившись до боли. Впрочем, тот уже практически перестал ее чувствовать.

Глаза Гордия загорелись красным. Они, как две смертоносные воронки, затягивали в себя, и Алан не мог даже закрыть уцелевший глаз. Без магии, полумертвый и истерзанный, он не мог ничего. Даже умереть самостоятельно.

Демона мог убить только демон. Кажется, Гордий решил смилостивиться над ним или же доставить себе удовольствие. Его глаза пожирали Алана, низвергали в преисподнюю. Адская боль ползла все ниже и ниже, как будто в него вдохнули живое пламя. Алан пылал, а земля тряслась все сильнее. Он не видел ничего, кроме глаз Гордия, которые с мясом вырывали его душу из тела. Такого Алану еще никогда не приходилось испытывать.

Оглушительно хлопнула дверь, и Гордий обернулся на тех, кто снес ее с петель. Алан наконец-то смог вдохнуть спасительного воздуха.

Гордий не успел и пикнуть, как в комнату полетели мешочки с ароматными травами. Алан закашлялся, и изо рта брызгами вылетели капли крови. Его органы растерзали так же жестоко, как и лицо. Каждый вдох, каждое движение доставляло нестерпимую боль. Он давно упал бы и свернулся калачиком, если бы не столб, к которому был привязан.

Гордий тоже закашлялся, отчаянно зажимая нос. Тишину разорвал грохот выстрелов. Гордий задергался, когда пули, одна за одной, вошли в почти бессмертное тело. Алан кое-как распахнул здоровый глаз и не поверил ему. В дверном проеме возвышался Нико и держал пистолет в твердой руке. Его лицо было белее бумаги, на лбу блестел пот, из-за которого волосы свисали мокрыми сосульками, но он нашел Алана! Нашел и прорвался через кордон нечисти! Но как?

Ответ нашелся сам собой. Вслед за Нико в комнату ворвались трое молодых девушек во главе с Милой. Одна швырнула Гордию под ноги мешочек с травой, вторая протараторила оговор, а третья брызнула ему в лицо то ли водой, то ли каким-то отваром. Гордий застыл, пораженный ведьминым колдовством. Запах от мешочка с травами шел ошеломляющий, отчего в голове у Алана помутилось сильнее. Мила на этот раз не ухмылялась, ее глаза метали гром и молнии. Она со злобой всадила в грудь Гордия кинжал, провернув его трижды, и тот зашипел как змея.