Книга На границе света, страница 113 – Керстин Гир

Мы с Матильдой коротко переглянулись: значит, никакие мы не параноики.

Гиацинт требовательно поглядел на меня:

— Нельзя заставлять ректора Темис ждать. Она этого так не оставит.

— Какая мне разница! Я не могу сейчас, – сказал я.

К сожалению, мой голос прозвучал вовсе не так холодно, как задумывалось, а, скорее, капризно. Я вытащил из кармана куртки телефон:

— Мама написала мне уже дважды. Её тоже нельзя заставлять ждать.

Кроме этого, у меня было одно сообщение от Лилли и три от Лассе: «Дружище, нам надо срочно поговорить».

— Я всё понимаю, Квинн, но…

— Нет! – перебил я Гиацинта прежде, чем он успел убаюкать меня своим мягким голосом. – Мне неизвестно ни о какой договорённости ни с какой ректором Темис! Если она непременно хочет со мной встретиться, пусть сначала спросит, подходит ли мне время.

— Точно! К тому же сообщить хотя бы в общих чертах, о чём будет идти речь на этой встрече, – элементарные правила вежливости. – Матильда была возмущена не меньше моего. Неудивительно, ведь ей пришлось ждать меня бог весть сколько. Она решительно прокатила кресло-коляску мимо Гиацинта к выходу из церкви. – И вообще, почему бы вам просто не объяснить ему всё самое важное? Может, есть что-то вроде пособия для начинающих потомков?

Гиацинт обогнал нас и распахнул дверь.

Ворона вспорхнула с его плеча и вылетела на улицу, где её громким карканьем встретили другие вороны.

— Ребята, вы мне нравитесь, – сказал Гиацинт, широко улыбаясь. – Вот честно. Вы такие миляги. Я полностью на вашей стороне. Аркадийцы уже тысячу двести лет у власти, и их стиль правления мне не по душе. Они гордые и дерзкие. И ото всех требуют беспрекословного повиновения. Такие уж они от природы. Но во главе с Кассианом и ректором Темис мы наконец-то после долгого тёмного времени можем вступить в новую эру, и, возможно, пророчество… – Он запнулся и вздохнул. – Нет, пособие для начинающих потомков, к сожалению, пока никто не написал. Как правило, потомки растут с полным пониманием того, кто они такие. Очень редко случается, что мы узнаём о существовании потомка уже во взрослом возрасте. Или в почти взрослом, как Квинн.

— Что за пророчество такое? – зацепилась за его слова Матильда, громыхая коляской.

Мы ехали по аллее, поросшей старыми липами. Гиацинт, трусивший рядом, снова вздохнул:

— Я никому не обмолвился ни словом о том, что в ту ночь ты бродила по кладбищу, малышка Матильда, но я уже тебе объяснял, насколько это опасно, когда человек вмешивается в дела аркадийцев.

— Значит, существует какое-то пророчество, которое связано с Квинном? – Матильда не давала сбить себя с толку. Кажется, она была полна решимости на этом коротком пути к дому выжать из Гиацинта как можно больше полезной информации. – Поэтому вы открыли цветочную лавку именно на его улице? В нём есть нечто особенное, что отличает его от всех других потомков? Настолько особенное, что им заинтересовались ваши правители?

Гиацинт, казалось, немного растерялся от такого наплыва вопросов, но потом взял себя в руки и снова улыбнулся:

— Это Квинн может выяснить сам на встрече с Верховным Советом, если сейчас последует за мной. Прошу тебя, Квинн, мне очень не хочется, чтобы ты нажил себе неприятностей.

Я чувствовал, что вот-вот сдамся. Столько вопросов роилось в голове, и так не терпелось получить на них ответы, которые упорядочили бы дикий вихрь мыслей, донимавший меня. Но день выдался таким длинным, я чувствовал себя таким уставшим, к тому же меня мучила жажда и хотелось в туалет. И вообще!.. Это дело принципа! За прошлые месяцы мне столько пришлось пережить из-за этих нахальных типов с Грани! И сейчас, когда я нашёл свой собственный путь в их мир, может, мне удастся самостоятельно выяснить, что они от меня скрывают.