Книга За гранью возможного, страница 125 – Керстин Гир

— Дай-ка угадаю: вы опять собираетесь подарить резные рождественские фигурки, которые собирает дядя Томас, – сказала Юли. – Хотя у него их и без того целая куча. Вот уж сомневаюсь, что во время рождения Христа в Вифлееме бродило так много пастухов.

— У него ещё нет верблюда для волхва Бальтазара, – серьёзно пояснила Луиза. – Но в этом году папа попросил новый шезлонг, чтобы загорать в саду. Мама купила очень модный, раскладной. Если дадите обычную сумму, мы напишем на открытке, что два винтика от вас.

Мы с Юли поспешно переглянулись. Я вздохнула:

— Ладно.

— А теперь можете нас отпустить, – сказала Юли. – На нас уже и без того посматривают как-то косо.

Близнецы нехотя ослабили хватку. Я знала, что Леопольд приехал на велосипеде: он уже надел свой шлем, а значит, должен был двигаться в другую сторону. Но, видимо, ему не хотелось расставаться с нами так быстро, и он продолжал идти рядом.

— Надеюсь, ты не заболеешь мононуклеозом до папиного дня рождения, Матильда. Будет очень жаль, если ты не сможешь присутствовать на семейной фотографии.

Я изумлённо посмотрела на него:

— Что-что?

— Железистая лихорадка, болезнь Пфейффера, также называемая «болезнью поцелуев», – назидательно пояснил Леопольд. – После таких близких отношений, как между тобой и Квинном, этого заболевания наверняка не избежать. Конечно, ты можешь заразиться ещё много чем, главное – чётко понимать это, если нарушаешь правила.

Юли прыснула от смеха:

— Какие ещё правила? Твои личные?

— Мы не осуждаем сексуальные отношения до брака, – заверила Луиза. – Но ты должна знать, что это связано с определённым риском. Особенно если твой партнёр известен своей распущенностью. Ещё в восьмом классе во время школьной поездки Квинн был одним из тех парней, которые после девяти вечера прятались в женской части здания. А что касается Лилли Гольдхаммер, я точно знаю – она принимает противозачаточные таблетки. Лилли рассказывала об этом Карине, а я как раз проходила мимо. Кроме того, Квинн уже положил глаз на эту новенькую с татуировками, Йоханну Лук.

— А ещё я видел, как он садится в машину к рыжеволосому цветочнику, – добавил Леопольд. – Мне и раньше приходилось встречать их вдвоём. Недавно я заметил их даже посреди ночи, они направлялись на кладбище.

— Какие скандальные сведения, – сказала я, наконец освободив свою руку из хватки Луизы.

Леопольд удовлетворённо кивнул:

— Именно так сказала тетя Бритта, когда я встретил её сегодня утром в булочной.

— Ты рассказал всё это моей матери?

«Отлично. Теперь у меня появилась ещё одна причина не желать возвращаться домой».

* * *

— Они становятся всё более невыносимыми, – сказала я, когда мы наконец избавились от близнецов. Нам это удалось лишь после того, как мы со вздохом вручили им деньги на день рождения.

— Ну не знаю, – нерешительно сказала Юли, когда мы проходили мимо школьных ворот. – Мне вот тоже интересно, что Квинн делал ночью на кладбище в сопровождении цветочника. Ты знаешь?

Вопрос прозвучал для меня так неожиданно, что я, заи-каясь, пробормотала:

— Эм, да, я… Он… Через кладбище можно сократить путь, если идти…

— Если идти ко мне! Но куда Квинн шёл посреди ночи с цветочником? – Юли не давала сбить себя с толку.

— Ха-ха, это звучит как начало какого-то ужастика. Квинн вместе с цветочником шагают ночью по кладбищу, – попыталась пошутить я, но Юли даже не улыбнулась.