Книга Раб и меч, страница 70 – Сэм Альфсен

Нуска только вышел из ванной комнаты, а к нему уже ломились все кому не лень.

«Когда я успел стать самым востребованным человеком в Скидане?» – вздыхал он про себя, пока усаживался на длинную софу. К нему в покои одновременно нагрянули Ранри, Вильна и Оанн.

«Ну что за компания? Один надоедливее другого. А я ещё и не в духе».

— Говорите по очереди. У меня нет сил принимать вас в разное время.

Оанн не сел: он стал бродить по комнате и прибирать вещи своего господина. Вильна и Ранри же устроились в креслах.

— Нуска, мы так долго не виделись, – начала Ранри. – Ты очень изменился. Просто скажи мне: ты сможешь сдержать силы эрда?

— Без сомнения, – пожал плечами Нуска и уставился в окно. Мокрые волосы он перекинул на плечо, а затем поправил тонкий халат. Раз уж гости нагрянули в такое позднее время, то пусть тоже терпят некоторые неудобства. Например, почти нагого лекаря, бесстыдно рассевшегося на софе.

— У нас с эрдом… было соглашение. На посту главной сурии тьмы я должна была расследовать дело о сумасшествии Шайри Рирьярд. Я уже передала всю информацию Сину, но хочу, чтобы и ты был в курсе. Перед кровавой баней в Рире четыре года назад… в поместье Рирьярдов побывала Тиама.

Нуска сощурился и кивнул:

— Шайри была не первой и не последней жертвой Тиамы. Она попыталась повлиять на сознание Сина, затем свела с ума Жери Герье. Хаванцы способны влиять на каналы дэ в теле сурии, но, если ошибиться… можно легко свести с ума любого. Однако если сурии сам близок к сумасшествию, то это намного проще сделать.

— Ты догадывался, верно? Тогда я расскажу о втором соглашении. – Ранри присела на самый краешек кресла, её отросшие волосы упали на грудь. – Син попросил меня последовать за ним, если он будет близок к сумасшествию или смерти. И просил убить его, если это произойдёт. Ты сможешь покончить с ним, если он будет умирать или сойдёт с ума? Отвечай честно, Нуска. От этого зависит безопасность Скидана.

Нуска пожал плечами и с улыбкой развёл руками:

— Прошлый я не смог бы, но сейчас я самый преданный сын Скидана. Я сделаю это без колебаний.

Ранри чуть нахмурилась, а потом замотала головой и вздохнула:

— Путь рира таков, что он совершает зло, хочет того или нет. Тёмная дэ ежедневно нашёптывает на ухо: «Убей, отомсти, не прощай, выпотроши всех, кто тебя обидел». Жизнь рира – это бесконечная борьба с тёмной дэ. И я верила, что… в мире будет хотя бы один рир и хаванец, которые поймут и простят друг друга.

Нуска сощурился, но ничего не ответил. А Ранри поднялась с места и, взмахнув рукой, сказала:

— Ну да ничего! Не всем историям суждено закончиться хорошо. Знаю, конец эрда близок, поэтому…

— А об этом хотела поговорить я, – вдруг влезла в разговор Вильна и злобно сузила глаза.

Ранри рассмеялась и кивнула:

— Хорошо, тогда я покину вас. Буду рассчитывать на лекаря Нуску!

Она подмигнула и вышла. А Вильна, хмурясь, уставилась на хаванца.

«Да что же все вокруг от меня хотят?»

— Скажи, как много времени у нас осталось?

— А?

— Сколько Син ещё протянет? Ты не лечил и не осматривал его сегодня. Хочешь, чтобы он умер побыстрее?

— Ни одна извилина моего мозга не помышляла о подобном, – смеясь, соврал Нуска.

— Так сколько?

Нуска приподнял брови, улыбнулся и поднялся с места. Обойдя кресло, на котором сидела Вильна, он встал сзади и уложил ладони на её плечи.