Книга Раб и меч, страница 116 – Сэм Альфсен

— Рирьярд? Ещё один?

Син вздрогнул, услышав название своего рода. Неужели в Рире был кто-то, знавший его? Невозможно.

— Эй, мальчик… – странный небритый мужчина наклонился ниже и фальшиво улыбнулся, демонстрируя ряд кривых жёлтых зубов. – Хочешь увидеться с семьёй?

Син моргнул и нахмурился. От старика, к которому его подбросили, он знал, что Ранмом желал его смерти. С чего бы семье желать его видеть?

Поэтому Син помотал головой и ответил:

— Ранмом не хотел бы, чтобы я вернулся.

— А? Ранмом? Так он помер. Нечего бояться, малыш, пойдём.

Рука этого незнакомца была жёсткой и холодной. Когда она схватила Сина за плечо, он был недоволен, но стерпел.

«Если Ранмом мёртв… я могу вернуться в семью? Или они тоже меня ненавидят? Но если меня ненавидят даже они… то зачем я вообще родился?»

Этот вопрос так глубоко засел в голове, так часто прокручивался в мыслях без остановки, что Син решился последовать за незнакомым риром.

Старик действительно привёл Сина в поместье Рирьярдов, а затем потребовал у стражи монетку. Те, почувствовав знакомое дуновение дэ, тоже повторили: «Ещё один Рирьярд?»

Другой стражник отвёл Сина прямиком в главный дом. Там было темно, мрачно, пахло затхлостью и плесенью. Встретила их какая-то девушка, которая совсем не походила на главу рода.

— Я заберу его, ступайте.

Как только стражник раскланялся и вышел, незнакомка подошла ближе и с улыбкой ощупала лицо Сина.

— Так это ты. Тот самый сын Ранмома. Ты знал, что тебя похоронили уже много лет назад? Почему ты ещё не в бездне?

Син молчал, а девушка начала распаляться. Она хлопнула мальчишку по щекам и сказала громче:

— Эй, ты что, глупый?! Я твоя старшая сестра, Шайри Рирьярд, прояви уважение!

Син удивился, но медленно опустился на колени. Он не знал, каким образом это уважение проявлять.

— Вот так уже лучше! – вновь улыбнулась она, а затем стала расхаживать по комнате. Все окна были занавешаны, мебель – в пыли, казалось, поместье и вовсе пришло в упадок, но количество стражи, высокие стены и облачение Шайри говорили об обратном. – Что бы нам сделать… Твоя мать давно не покидает своих покоев, она ослепла. Дядюшки и тётушки и вовсе не занимаются домом. Получается, я главная? Тогда поступим так: иди отмойся, поешь, а затем мы начнём тренировки. Раз ты теперь в доме Рирьярдов, то должен быть достоин этого имени.

Син не понял и половины, но послушно кивнул и отправился с одной из служанок отмываться, а затем есть. Однако еда оказалась отвратительной – Син не смог проглотить и половины, он ел лишь хлеб, который, казалось, тоже замесили на местной тухлой воде.

Когда Син немного отдохнул и пришёл в себя, Шайри послала за ним. И тогда началась их первая тренировка.

— Какого уровня бездны ты достиг? Я чувствую, что ты очень силён.

— Я не понимаю, о чём ты, – покачал головой Син.

— Как интересно! Тогда отправляйся сразу на второй… – Шайри взмахнула рукой, вооружившись алебардой, она вонзила её в пол и улыбнулась шире. – У тебя только одна задача, Син. Выбраться оттуда живым.

Новый виток боли и отчаяния. Новая сила. С каждым днём всё усиливающееся чувство одиночества, что стремилось поглотить без остатка. В бездне не было ничего и никого, кроме бесконечной тишины.

Син думал о том, что многие представляют себе бездну как место, где люди сгорают заживо; где их плотью обедают ядовитые жуки и насекомые; где их беспрерывно пронзают тупые копья. Но Син не увидел ничего из этого. Он словно провалился в саму пустоту, погрузился в её суть, где всё, что осталось осязаемым, – это его мысли.