Книга Пенрик и Дездемона. Книга 1, страница 134 – Лоис МакМастер Буджолд

— Однако никто больше из присутствующих этого не знает, и вы не обязаны им об этом сообщать. Мир не всегда столь дружелюбен, чтобы лишать себя преимуществ ради глупой чванливости.

— Я предпочитаю заслуженный мной осмысленный титул тому пустому, что унаследовал.

— Так, значит, дело не в скромности, а в скрытой гордости? Пенрик, ваша ученость меня радует, но едва ли придворные манеры были среди многочисленных предметов, что вы изучали в семинарии.

— Припомнив наши трапезы в студенческой столовой, я буду вынужден с вами согласиться, – скорбно ответил он.

— В таком случае, считайте этот визит возможностью приобрести знание иного рода. Новый день преподнесет новое блюдо, которое придется вам больше по вкусу, но не отказывайтесь от еды, что сейчас перед вами.

— Да, Ваше высочество, – покорно откликнулся он.

Их беседа прервалась, когда стража, носильщики и второй паланкин, в котором находилась безотлучная секретарь архисвятой принцессы, достигли длинных лестничных пролетов, зигзагами спускавшихся вниз по утесу. Пен отстал, когда улицы стали извилистее и уже, затем вновь поравнялся с Ллевен, когда они выбрались на более широкую улицу, куда выходил особняк королевского родственника, организовавшего сегодняшнее торжество. Паланкин опустили на землю перед входом, и Пен удостоился чести помочь принцессе подняться на обутые в шелковые туфельки ножки и предложить ей свою руку, которую она приняла, с весьма самодовольной улыбкой.

Официальная церемония присвоения имени бесформенному подобию человека, которое, как заверили Пенрика, являлось принцем, успешно прошла три дня назад, хвала богам. Поэтому он полагал, что худшее позади. Поскольку обряд проводил архисвятой Истхоума, Пенрик не понимал, в чем заключались храмовые обязанности его госпожи, помимо увеличения и без того внушительной процессии. Быть может, она выступала в роли доброй феи? Роль Пенрика, похоже, сводилась к тому, чтобы болтаться поблизости с красивым видом и отчаянно пытаться спасти свое лучшее белое облачение от грязи большого города. Судя по всему, сегодня намечалась реприза.

Он даже заметил знакомые лица здесь, в зале престарелого лорда, который приходился мужем еще более престарелой сестре Ллевен, принцессе Ллеванне, – Ллевен разжала хватку на руке Пена, чтобы обнять родственницу. На самом деле, происходящее не слишком отличалось от банкетов архисвятой принцессы по случаю божественного дня в Мартенсбридже. Пожалуй, здесь было больше лордов и меньше торговцев. А также меньше храмовых служителей – Пен заметил совсем мало облачений. Больше высокородных родственников, хотя приток аристократов в город уже начал иссякать. Более дорогие наряды и драгоценности. Послы из дальних стран, а не соседних провинций – да, это было что-то новенькое, быть может, сегодня вечером ему удастся попрактиковаться в языках. Люди, чьи ошибки могли убить больше людей, и убить быстрее – но все-таки просто люди.

В озаренном свечами банкетном зале летним вечером было слишком тепло. Пен сидел по левую руку от Ллевен и очень вежливо беседовал с теми немногими, кто обращался к нему, а не к ней, улыбаясь, но не слишком часто, поскольку однажды она пожурила его за это. Являлись ли «придворные манеры» эвфемизмом, обозначавшим чрезвычайную скуку на чрезвычайно полный желудок?