Книга Пенрик и Дездемона. Книга 1, страница 107 – Лоис МакМастер Буджолд

Тишина в голове была оглушительной. Даже Дез помалкивала.

Пенрик заставил себя кивнуть. Пытаясь не показать своих сомнений, он вернулся за накрытый к завтраку стол, чтобы увести Инглиса – и двух псов – обратно в спальню.

Они вновь уселись на одеяло лицом к лицу, скрестив ноги. Блад улегся на пороге и вздохнул; Эрроу сел рядом с Инглисом и стал наблюдать с интересом, явно выходившим за рамки собачьего.

— Ну хорошо. – Пенрик сделал вдох. – Я собираюсь дать тебе новый напев, чтобы открыть доступ в твое духовное пространство.

Инглис уставился на него со смесью изумления и оскорбления.

— С чего ты взял, что сможешь это сделать? Чародей.

— Я здесь. И сейчас это имеет первостепенное значение. – Не позволяя себе дрогнуть под хмурым взглядом Инглиса, Пенрик продолжил: – Я буду говорить: «Отец, Мать, Сестра, Брат, Иной». А ты будешь отвечать: «Благословите же сей труд и дайте выполнить другой».

— Это что, благословение?

— Нет, это твой напев. Я решил объединить одно с другим и сберечь нам лишние шаги.

Инглис ответил на его сияющую улыбку еще более мрачным взглядом.

— Это глупые стишки.

— Я чародей, а не поэт.

— Очевидно. Это даже не четверостишие.

— Повтори его – и оно станет четверостишием.

Инглис явно был готов заартачиться. Или, по крайней мере, отказаться сотрудничать. Пенрик понятия не имел, как тогда поступит.

Дез на время захватила контроль над его ртом и сладким голосом произнесла:

— Или можешь выбрать другую молитву: «Мать, Отец, Брат, Иной, Сестра, по голове меня шлепнуть пора». – Пен не смог сдержать кривой ухмылки, когда Дез отступила.

После долгого мрачного молчания Инглис сказал:

— Используй первый вариант.

— Хорошо, – ответил Пен. Твердо добавив для Дез: И больше никаких вторжений. Та с притворной покорностью отошла на задний план. – Я начну. Отец, Мать, Сестра, Брат, Иной…

Они начали повторять вопрос и ответ, совсем как Инглис и его недавний наставник. Запоминающаяся, хотя и простая (или глуповатая, вставила Дез) молитва действительно стала скучной после нескольких повторений. Еще через некоторое время слова начали терять смысл и связность, слившись в убаюкивающий двухголосый гул. Пен не сдавался, пока у них не начали заплетаться языки, после чего объявил перерыв.

Ничего не произошло. Что ж, он ничего и не ждал, солгал себе Пен. Ну ладно, он надеялся.

— Как часто твой наставник-шаман проводил занятия? – спросил Пен.

— По-разному, в зависимости от наших с ним обязанностей. Иногда один-два раза в день. Иногда десятки раз.

— И сколько длились занятия?

— Примерно как сейчас, пока наши языки не начинали заплетаться. Тоже по-разному.

— Хм. – Пенрик шлепнул себя по коленям и встал. – В таком случае, дай отдохнуть своему языку. И своей ноге.

По крайней мере, с этим Инглис не стал спорить.

Пен обнаружил одного из стражников сидящим на верхней ступени лестницы.

— Где Освил?

— Думаю, он пошел в храм, сэр.

— Спасибо.

Пенрик прошел по дому и выбрался на улицу. Храм стоял такой же тихий и темный, как вчера, когда они застали врасплох Инглиса. И, как и вчера, внутри был только один проситель. Освил стоял на коленях перед алтарем, посвященным Отцу, занимавшим одну пятую деревянных стен храма. Ловец повернул голову на звук шагов Пенрика.

— О. Это вы.

— Не буду вам мешать, – сказал Пенрик. И, не в силах сдержать любопытство, добавил: – О чем вы молитесь?