Книга Пенрик и Дездемона. Книга 2, страница 83 – Лоис МакМастер Буджолд

— Что ж. – Аделис потер шею. – Значит, мы не сможем там переночевать. – Он нахмурился. – И я не допущу, чтобы Никис спала на улице.

Пенрик с ним согласился. Лично он предпочел бы отыскать какое-нибудь место повыше и затаиться там. Дездемона снабдила его своей способностью видеть в темноте, и потому он мог справиться с этой задачей не намного хуже, чем при свете дня, однако протащить за собой спутников, причем тихо, может оказаться непросто. Ночь выдалась безлунной, и на узких улочках царила беспросветная тьма. Все добропорядочные горожане уже сидят по домам, оставив улицы людям другого сорта. Конечно, любого негодяя, неосмотрительно напавшего на храмового чародея, будет ждать ужасный сюрприз, и Пенрик сомневался, что Аделис станет легкой добычей. Но намного лучше покинуть Соси без всяких происшествий.

Спасибо, прошептала Дездемона.

Да. Пен подумал, что Седония была прекрасной страной – но все время пыталась его убить. В какой-то момент его демон может не успеть, и тогда у них… нет, у нее будут серьезные неприятности. В то время как его неприятности предположительно кончатся.

Однако они еще не кончились. Поднявшись, Пенрик повел своих спутников по темным извилистым улицам, камень мостовой под ногами был в основном сухим, но иногда становился неприятно влажным. Пенрик держал за руку Никис, а та держала Аделиса, чтобы чародей помог им миновать самые скверные места. Дома здесь были построены в седонийском стиле: высокие глухие стены окружали внутренние дворики; выходившие на улицу немногочисленные окна и балконы располагались на верхних этажах. Пенрик не обнаружил ни удобных ступеней, ни лестниц, ни хотя бы ползучих лиан.

В любом случае, тебе рано лазать, неодобрительно проворчала Дез. У тебя может снова закружиться голова. И бегать тоже рано.

Я чувствую себя сильнее. И грудь перестала болеть. Ты отлично потрудилась.

Лесть тебе не поможет, не совсем искренне ответила она, отчасти польщенно, отчасти с прежней суровостью.

За следующим углом мерцал оранжевый свет. Пенрик осторожно выглянул. У света было два источника: простой свечной фонарь, висевший на скобе над дверью, и более яркая масляная лампа в руке одного из двух солдат. Молодые офицеры, судя по одежде и манерам, капитаны или лейтенанты сотни; Аделис бы сразу понял. Другой солдат нетерпеливо колотил в крепкую деревянную дверь.

— Эй! Открывай, Зихре! Не заставляй своих лучших клиентов ждать под дверью!

Снова стук. Наконец дверь со скрипом приоткрылась, и из нее выглянула женщина.

— Мы не работаем, господа. Приходите в следующий раз.

— Но ты ведь можешь нас впустить, – вкрадчиво попросил офицер. Пенрик подумал, что он немного пьян.

— Мы закрыты на стирку. Если не хотите отскребать грязное белье, уходите.

— Горячий пар так возбуждает, – сообщил нетрезвый офицер, попытавшись схватить и поцеловать женщину. Та с легкостью увернулась, не выказав ни малейшей обиды.

— Конечно, мы можем держать твою голову в мыльной воде, пока ты не поумнеешь, – сказала она. – Или не отмоешься. Не знаю, что случится раньше. – Второй солдат гоготнул. – Если только вы не прачки… – она оглядела улицу, – сегодня я не могу вас принять.

Дальнейшие уговоры ни к чему не привели, и солдаты, сдавшись, ушли. Их голоса донеслись из-за следующего угла: похотливая шутка, а за ней – резкий остроумный ответ. Пожилая женщина в сопровождении еще двух товарок с мешками отвергла их пьяные приставания и направилась к свету у двери, возле которой задержалась увидевшая гостей хозяйка.