Книга Пенрик и Дездемона. Книга 2, страница 51 – Лоис МакМастер Буджолд

Арисайдья добавил:

— И если ты попробуешь наложить на меня гейс, как на этих чертовых лошадей, я проткну тебя насквозь.

Пен украдкой сильнее прижал ножны ногой.

— Для меня это будет труднее, чем кажется. А для вас – труднее, чем вы думаете.

Фыркнув, Арисайдья закрыл глаза, кладя конец… всему. Пен его понял.

Экипаж окутала напряженная, усталая тишина, которую нарушила лишь суматоха смены лошадей через первые пятнадцать миль. Слуга продал путникам чашки слабого эля, который Никис выпила за неимением других напитков, и они по очереди воспользовались конюшенным туалетом. Никис улучила момент, когда целитель… чародей… Просвещенный Пенрик, давший клятву храмовый святой, о боги, не мог их слышать, и увела Аделиса в сторонку, под дерево, нависавшее над двором для экипажей.

— Воротить нос от герцога Адрии очень мило, но ты заметил, что Пенрик – единственный из нас, у кого есть деньги?

— Я думал, у тебя что-то есть.

Сам Аделис покинул виллу, унеся с собой только одежду, которая на нем была.

— Хватит, чтобы оплатить ночь в гостинице и, быть может, пару обедов. Но не на проезд до Орбаса. Если мы туда направляемся, то Пенрик опустошил свой кошелек, чтобы довезти нас до самого Скироса.

И оплатил грядущую ночную поездку, что даст им значительное преимущество перед преследователями.

— Полагаю, это был кошелек секретаря Пригоса, но ты права. Едва ли нам удастся забрать его у чародея.

— Я не предлагала ограбить его в благодарность за доброту, – немного колко ответила Никис. – Он может оказаться чрезвычайно полезен. – Тот факт, что он служил принцессам, архисвятым и герцогам, говорил о высоком положении, которое чародей скрывал. – Ты не хочешь служить в Адрии…

Его смех был отрывистым и невеселым.

— Я плохо владею адриакским, страдаю от морской болезни и не желаю позволять этим морским крысам использовать меня против Седонии, что они, без сомнения, попробуют сделать, рано или поздно, и плевать на Карпагамо. Нет. – И добавил чуть тише, словно стесняясь своей надежды: – В Орбасе у меня будет шанс в конечном итоге примириться с Тасалоном. В Адрии – никакого.

Никис обдумала его слова.

— Для этого с министром Метани и его приспешниками должно случиться что-то ужасное.

Зубы Аделиса сверкнули в звериной усмешке под изувеченной верхней половиной лица.

— Возможно.

Никис глубоко вдохнула.

— Что скажешь, если мы попробуем сделать все наоборот и заманить Пенрика в Орбас? – Или к себе?

— Я все еще пытаюсь придумать, как безопасно избавиться от него. Поскольку я отказался служить его герцогу, он вполне может нас предать.

— Думаю, это так же вероятно, как то, что художник сожжет свой шедевр. Несмотря на все его бормотание, он страшно горд тем, что сделал с твоими глазами. – И эта гордость заслужена, полагала она. Не знай Никис про магию, сочла бы это чудом.

— Никис, он адриакский агент. Он сам в этом признался!

— Он намного больше этого.

Аделис фыркнул.

— Ты уверена, что хочешь заманить его именно в Орбас?

Ее губы дрогнули; она надеялась, что не покраснела.

— Да, он мне нравится. Просто он… другой. Странный, но не злой.

— Это была шутка. – Аделис прищурился с новым подозрением. – Он к тебе приставал? Он не пытался… соблазнить тебя чародейским способом?

Она невольно рассмеялась.