Книга Пенрик и Дездемона. Книга 2, страница 169 – Лоис МакМастер Буджолд

Боша сидел очень прямо, но Никис подозревала, что если бы он мог крутить ушами, как лошадь, то повернул бы их в сторону пассажирок. Танар хвасталась, что у него очень хорошая память.

Никис приступила к рассказу, значительно более подробному, чем то, что она поведала Танар, начиная с ареста Аделиса и оканчивая прибытием в Орбас. История получилась путаной, поскольку мать то и дело прерывала ее сбивающими с толку вопросами, и Никис теряла нить повествования. Ее сочувствие к Танар выросло, когда она поняла, что каждое второе имя, слетавшее с ее уст, тоже было вовсе не Аделис. Никис едва коснулась происшествия в Соси, которое выявило действительно неожиданные таланты Пенрика. И более детально остановилась на жуткой ране, которую он получил во время магической схватки с другим чародеем. Хотя не стала задерживаться на том, как жутко ей было, когда его магия обрушила половину склона.

— Бедный парень, как его встретила Седония! – сказала Идрена. – Сначала проломили череп, потом швырнули в бутылочную темницу, а потом это!

— К счастью, он может сам себя исцелить, – сказала Никис. – Или его демон. Похоже, она его очень любит.

Во время рассказа ей часто приходилось отвлекаться на попытки объяснить матери Дездемону, что и вызвало большую часть путаницы. Весьма уместной для демона хаоса, как полагала Никис.

Отблески света на морских волнах справа от них позволяли видеть дорогу в долгих летних сумерках. Боша свернул в укромное место, позаботился о лошади, потом забрался в экипаж и устроился на облучке задом наперед. Никис достала из корзины еду и питье. Идрена вежливо осведомилась о здоровье леди Танар и госпожи Ксарре, на что Боша столь же вежливо ответил, что все в порядке, словно они сидели в элегантной столовой.

— Надеюсь, однажды у меня будет шанс с ними познакомиться, – вздохнула Идрена.

— Тебе понравится леди Танар, – сказала Никис. – А ты – ей. Когда мы доберемся до Орбаса, я обязательно ей напишу.

Боша резко выпрямился.

— Я умоляю вас не делать этого, мадам Катай! Все это и так достаточно опасно. Я могу справиться с нежеланными женихами. Я делал это и для госпожи Ксарре, когда она впервые наняла меня, вскоре после смерти мужа. Но правительство империи мне не по зубам.

Никис обдумала скрывавшиеся в этих словах намеки и медленно проглотила кусочек кураги.

— Но конечно же, богатство госпожи Ксарре обеспечивает ей некоторую защиту?

Или эту защиту обеспечивал Боша? Нет… Она не думала, что ему мало платят, но подобную верность нельзя было купить деньгами. Только добрым отношением.

Немного смущенный, Боша снова расслабился.

— Но оно также привлекает более серьезные опасности. Мужчины могут пытаться заполучить состояние, заключив брак, но если это невозможно, не брезгуют и менее приятными способами. Обвинение в измене, даже сфабрикованное, является отличным прикрытием для того, чтобы лишить обвиняемого его собственности. Или ее.

— Как недавно выяснил мой собственный сын, – мрачно согласилась Идрена. – А ведь он был генералом.

— Когда-то я думал, что его ранг может оказаться достаточной защитой, – сказал Боша, – для него самого и для леди Танар, но события в Патосе доказали обратное, раз его ослепили на основании одного-единственного подделанного письма.

— Просвещенный Пенрик говорит, что очень об этом сожалеет, – вставила Никис. Ей пришлось раскрыть адриакские корни Пенрика матери, а значит, и слушавшему Боша, но иначе она ничего не смогла бы объяснить. – Он утверждает, что ответ из Адрии был отправлен из лучших побуждений, но враги Аделиса отобрали у него письмо через полчаса после того, как он ступил на землю Седонии. Он думает, что их агент все это время следил за ним.