Книга Пенрик и Дездемона. Книга 2, страница 160 – Лоис МакМастер Буджолд

Это было неожиданное зрелище, и Никис украдкой наблюдала за ним. Сначала она узнала его как целителя, потом – как чародея, но, похоже, он был в неменьшей степени просвещенным святым. Быть может, она недооценивала этот третий столп его характера.

Из галереи по сизым гранитным ступеням они спустились во двор священного источника, который узнали по гобелену. Однако в жизни он производил намного большее впечатление. Никис и Пен застыли на месте от изумления.

В середине белого мраморного круга диаметром футов восемь бурлила чистая, прозрачная вода. Через пять отверстий она истекала в окружавшую источник чашу, откуда уходили каналы в разные части Ордена, среди которых, без сомнения, были бани и прачечные. Одна из струй падала в раковину, на которой висели серебряные черпаки, а оттуда переливалась в нечто, напоминавшее мраморную лохань для стирки, украшенную великолепными резными символами богини. Сюда паломницы, искавшие более серьезного утешения, могли погрузиться целиком.

Музыка воды была единственным звуком, нарушавшим тишину двора, если не считать далеких птичьих голосов. Казалось странным, что в таком ослепительном месте царит такая священная атмосфера.

— Каким образом вода поднимается сюда? – пробормотал Пен сквозь зубы.

Еще одна служительница, присматривавшая за источником, поднялась с порфирной скамьи под портиком и гостеприимно подошла к ним.

— Мы считаем это чудом Госпожи. Четыреста лет назад эта скала была сухой и бесплодной. Источник появился после землетрясения. Жители Лимноса заметили новый водопад на стене утеса и отправились на поиски. С тех пор мы наслаждаемся благословением Дочери весны. – Она приглашающе взмахнула рукой. – Испейте, если пришли с доброй верой, и помолитесь с Ее очистительной водой на губах.

Служительница показала на искусно сплетенные молитвенные коврики за источником. С одного из них поднималась пожилая женщина с синим шарфом на шее. Ее лицо было задумчивым.

Никис взяла предложенный черпак и помедлила. Сверкнув глазами, смотрительница прошептала:

— После лодки и подъема на холм большинство гостей очень хотят пить. Утолить жажду дозволительно.

Благодарно улыбнувшись, Никис последовала ее совету. Пенрик опасливо наблюдал за ней. Повинуясь импульсу, Никис зачерпнула воды и вручила ему. Он принял черпак с благодарным кивком – а потом еще один, когда она вновь наполнила его.

Они вытерли губы и прошли к молитвенным коврикам, потому что смотрительница выжидающе смотрела на них. Немного подумав, Пенрик не просто опустился на колени, а лег ничком, раскинув руки в позе отчаянной мольбы. Никис встала на колени лицом к яркому фонтану и подняла руки ладонями наружу, растопырив пальцы.

За всеми своими тревогами она не подумала, о чем молиться. У нее ничего не было.

С водой Дочери на губах казалось неправильным притворяться. В конце концов, чтобы молиться здесь, необязательно быть девственницей. Достаточно того, что когда-то она ею была. Потому что боги расчетливы.

И – иногда – милосердны.

Она подумала, не попросить ли у богини прощения за это святотатственное вторжение. Даруют ли им искупление за то, что они явились, дабы исправить еще большее оскорбление – использование Ее святилища в качестве тюрьмы?

…Нет. Это была богиня, а не герцог Джурго. И Никис пришла сюда не затем, чтобы выторговывать нечто, на что у нее не было права по рождению, в обмен за услугу. Двор священного источника не был рыночной площадью. Нельзя было назначить цену того, что ей требовалось.