Книга Командировка в Амазонию, страница 65 – Вера Окишева

* * *

После того как ушел Самуил, я впала в депрессию. Я сидела у себя в комнате и через открытую дверь равнодушно наблюдала, как бегают родители, приводя квартиру в божеский вид. Меня не тревожили враждебные взгляды сестры, отмахнулась от приставаний рыжиков. Мама сунула в руки воду и заставила выпить таблетки. Работники скорой помощи прибыли за Тарасом. Когда его выносили, он мне махнул на прощание рукой, я в ответ с горечью усмехнулась.

Потом санитары вернулись и долго разговаривали с мамой, потом с сестрой, ну и конечно, очередь дошла до меня. Опять мне дали таблетки и я смогла наконец-то забыться во сне.

А вот со следующего дня начался муторный ад. Меня все жалели и доставали своими мудрыми советами. Я люблю своих родственников, но не до такой же степени. Мама причитала по поводу того, что нормального мужика «отшила», что я непутевая дочь. Даже папа надоел, хотя не произнес ни слова, но очень выразительно молчал! Сестра ехидничала по поводу моих рыжиков, которых в дом не пускали. Но это их мало останавливало. Они активно просили прощения, причем у всех. Папа пару раз выходил на улицу к ним, но это не помогло.

— Не стыдно так обращаться с ними? — под вечер у меня спросил брат.

Такого вопроса я не ожидала и серьезно обиделась. Я тут страдаю, а он меня обвиняет.

— А в чём моя вина? — решила узнать, в чем меня обвиняют.

— Может они и не правы, но ты сама виновата. Это ты им позволила вести себя с тобой так и именно так. И, как говорится, мы в ответе за тех, кого приручили! Так что бери ответственность на себя и начни что-нибудь делать. А то мама уже на грани нервного срыва!

Отчитывал меня братик со знанием дела, давил на больное, напомнил, как всё начиналось, как меня все отговаривали, но я была непоколебима. Клялась, что любого человека можно наставить на путь истинный, каждый имеет право на ошибку.

Ну да, каюсь, была наивна и юна. Ну как юна, относительно юна. Но кто же знал! Нет, не так… Ну, я же не могла предвидеть, что всё вот в этот абсурд выльется.

Покивала для вида головой, чтобы уже закончил отчитывать меня, как несмышленую девчонку и дал уже проанализировать ситуацию ещё раз.

Когда брату показалось, что я достаточно прониклась, он покинул меня, наказав подумать над своим поведением. Ещё бы в угол поставил! Нашел, кого защищать! Я понимаю, что они в одной песочнице куличики лепили, но я же ему родная сестра. А он! Нет никого на Земле, кто мог бы понять мои душевные переживания.

Поэтому, поразмыслив примерно около часа, решила, что надо что-то менять в моей жизни. Наверное, хорошей и положительной быть — не моё. Вот не моё и всё тут. Да и вообще, у меня казино на Амазонии без меня работает.

Поэтому, позвонив Петру, уволилась без отработки и достала чемодан. Вещи собирала совершенно бездумно. Одновременно пыталась дозвониться до Натальи, но она с кем-то постоянно трещала по телефону.

— Ну и ладно, сюрприз, значит, для тебя, подруженька, будет, — пригрозила я невидимой Наталке, сгребая косметику с полки.

Заказала билеты и выглянула в окно. Там внизу стояли рыжики, с кем-то разговаривая по телефону. Свистнула, ну, то есть попыталась свистнуть. Но у меня получилось не очень хорошо, то есть не получилось вообще. Суть в том, что меня услышали, радостно улыбнулись и замахали руками. Митька махал руками, а Тарас радостно улыбался.