Книга Бессмертная, страница 62 – Елена Тимофеева

— Иди, Демира, дерзай, пробуй! — проговорил Бесссмертный в злом бессилии. Взял со стола хрустальный кубок с вином, посмотрел на игру света в узорном стекле. — Я дам тебе время! Не стану мешаться в страницы книги судеб! Как знать, быть может, ты сможешь, выстоишь… Хотя бы попробуй! Чтобы не мне быть причиной твоих рухнувших надежд!

Он глотнул из кубка и перевёл мысленный взор свой на Арию. И дрогнула рука магистра от того, что увидел он, сжались пальцы, сминая хрусталь, как тонкий пергамент. Треснуло раздавленное стекло, порезав ладонь, кровь и вино потекли вниз, на запястье, окрасили алым белый манжет рубахи.

— Силы ада! — воскликнул Бессмертный. Голос его отразился от серых скал, эхом прокатился под сводами зала. — Вершится древнее пророчество! Держись, дитя моё! Я рядом!

Бесиха Марыся, зажигавшая факелы в коридоре, едва успела отскочить, чтобы не столкнул её хозяин, идущий так спешно, что не заметил служку свою. Быстрыми шагами Арий Конрад пересёк коридор, вышел из скалы, короткое заклинание сорвалось с его губ. И вот уже перед ним волшебный чёрный конь, что быстрее крылатого Пегаса, и вот уже мчит вперёд своего всадника, туда, на Север, к Ледяным скалам безвременья.

Приманка

Ария остановилась, отбросила на спину капюшон, зачерпнула снега, лизнула с ладони. Тяжело выдохнула, утёрла мокрое лицо, дёрнула завязки плаща. Жарко было, упарилась, пока шла по снегам, и устала так, что едва на ногах стояла. Подумала о горячем супе и кружке грога в Северном Гарнизоне, о жёсткой солдатской постели, что мягче пуховой перины покажется, и снова пошла вперёд.

Долго шла, пока поняла, что всё, кончились силы. Дальше идти будет, упадёт в снег и не встанет более. Костёр бы разжечь и подремать подле. Ария отбросила со лба прядь мокрых волос, подошла к ближайшей сосне обломать сучья и радостно вскрикнула, ощутив под ногами твёрдую землю. Она шагнула вперёд, да, точно! Рыхлый снег кончился, крепкий наст был под нею, а то и дорога, ноги крепко стояли, не проваливались.

Откуда только силы взялись! Будто из живительного родника напилась, будто не шла всю ночь по снежной целине. И сумерки стали редеть. Завершилась длинная зимняя ночь.

Ария ускорила шаг, почти побежала навстречу рассвету. Вот уже зарозовело небо над верхушками сосен, светлее стало, и кончился лес. Она вышла в открытое поле и остановилась, подалась назад, будто оказавшись на краю пропасти, снова рванулась вперёд и опять оглянулась, застыла в растерянности.

Белые гребни Ледяных скал безвременья преградили ей путь. Не к Северному гарнизону шла руанская принцесса. Давно сбилась с пути и, очнувшись от обморока, не на дорогу вышла, а туда, куда направил её Безликий Норт. И, точно отвечая её мыслям, пронзительный смех сорвался с вершин скал, звоном битого стекла рассыпался и стих, оборвавшись внезапно.

Холодная дрожь пробежала по спине девушки. От зимней стужи, конечно. Остыла, ветерок по мокрой спине скользнул и вызвал озноб. Ария завязала у ворота тесёмки плаща, накинула на голову капюшон, подтянула рукавицы. И решительно пошла дальше. Гнев овладел её сердцем, бросил вперёд. Она больше не чувствовала усталости. Норт завёл её в свои земли? Хорошо! Она принимает вызов!

— Не удержать её было, государь, — военачальник острова Форс с сожалением покачал головой, — да и как бы посмел я мешаться в волю богов? У избранных свой путь!