Книга Королева, страница 78 – Елена Тимофеева

— Я могла бы промахнуться с этого расстояния? – мрачно спросила его. – Я вообще могла промахнуться? Я стреляю без промаха! Королева учила меня!

Рихард подошёл к ней, хотел что-то сказать, но его опередил сорвавшийся с заснеженных вершин скал смех. Он будто раскатом грома обрушился с небес, этот дьявольский хохот – сухой, отрывистый, звенящий осколками льда. Мороз по коже прошёл от его потусторонних переливов, застыло в груди сердце, дыхание перехватило.

Ария вскрикнула, закрыла рот ладонью. Ужас отразился на лице её – она уже слышала этот смех минувшей ночью и напрасно утешала себя, что пригрезилось ей! Нет, то наяву было! Дьявол, Дух Гор следит за нею, смеётся над ней, идёт следом, жаждет забрать её жизнь и её душу!

Девушка рванулась назад, едва не сбила с ног Рихарда, он подхватил её, удержал, невольно коснулся щекой её щеки в этом нечаянном объятии. Руки Арии на его плечах вдруг ослабли, она стала клониться долу, дрожала, почти находясь без чувств.

Испуганный юноша что-то говорил ей, звал её, губы его коснулись её щеки, и как-то сами собою отыскали её губы, дотронулись до них – холодных, плотно сжатых, и Ария будто очнулась от морока. Руки её, безвольно упавшие ему на плечи, ожили, окрепли, с силой оттолкнули юношу. Она взглянула на него, гнев отразился в чёрных глазах, негодующе дрогнул подбородок, но ни слова не сказала принцесса, повернулась и быстро пошла прочь, потом побежала.

— Ария! Постой, Ария! Подожди! – Рихард побежал за нею, но не догнал. Девушка вскочила на коня, пришпорила его, так, что крапчатый заржал, вскинувшись на дыбы, и пустился вскачь, разметая палую листву.

Рихард догнал её лишь у ворот столицы, но тщетно пытался добиться хоть слова. Окликал, вопрошал, требовал – принцесса молчала. Доехала до королевского замка, спешилась, и, не оглянувшись на своего друга, ушла. Рихард остался, расседлал коней и повёл их в конюшню, полный догадок, ответов которым у него не было.

Вечер спустился над лесом, окутал фиолетовым плащом сумерек скалу Арий Конрада, когда вернулась домой Гаркана. Бессмертный играл в шахматы с бесом Потанькой, потягивал вино из серебряного кубка. Гаркана вошла в залу, подошла к столу, за которым сидели они, взяла стул и села.

Потанька жульничал, а магистр будто бы не видел этого, рассеянно ставил на малахитовую доску выточенные из белого мрамора фигуры. Гаркана наклонилась вперёд, подпёрла кулаком подбородок, смотрела на него, не мигая, пока не поднял голову мессир, не встретился с нею взглядом.

— Почему Инквизитор отпустил тебя? – спросил он.

— Ему не нужно моё тело, – устало прозвучал её ответ, – ему нужна моя душа.

— Вот как? – Арий Конрад поставил обратно на ту же клетку доски ферзя, что держал в руке и долго смотрел на Гаркану, читая усталость и боль в её глазах. – Он умён, – заключил магистр, – и всё-таки дурак. Довольствуйся меньшим, тогда и большее придёт к тебе.

Гаркана молчала, не спрашивала ни о чём, и тогда Бессмертный пояснил:

— Я, будь на месте Инквизитора, не стал бы ждать, покуда ты отдашь мне свою душу!

Гаркана побледнела, и золотая маска так резко оттенила её лицо, будто бы закрывало лик мраморной статуи, а не живой образ.

— Ну, так чего же ты мешкаешь? – процедила она. – Бери моё тело! – встала, отставила со стуком громоздкий стул и, тяжело ступая, будто растратив последние силы, вышла из залы.