Книга Сосланная жена дракона. Родильный дом на краю Империи, страница 67 – Николетта Фэй

Я не жду удара. Толкаю к ней ногой крышку ящика. На мокром металле сапог Кассандры соскальзывает, она хватается за решётку свободной рукой, и клинок уходит в сторону. Я перехватываю её запястье обеими руками, выворачиваю к воде и наступаю на лезвие прежде, чем она успевает поднять его.

Кассандра сильнее, чем кажется. Она тянет меня на себя, пытается ударить плечом, и мы обе едва не падаем. Я вижу её лицо совсем близко — без спокойной маски главы рода, с мокрыми прядями у щёк и настоящим страхом в глазах.

— Они всё равно уничтожат тебя, — шепчет она, стараясь разжать мои пальцы. — Совет не позволит врачу из провинции опозорить армию.

Её слова попадают в то место, где я сама боюсь ровно этого. Но страх больше не заставляет меня отступать и ждать решения мужчины или Совета. Я меняю хват, прижимаю её кисть к перекладине и обматываю серебряным проводом, который Аларик вырвал из канала связи.

— Тогда им придётся сделать это на глазах у всей армии, — отвечаю я и затягиваю провод вокруг её запястья. — Ваш голос уже слышали.

Кассандра бросает оружие и тянется к управляющему браслету. Я подсекаю ремешок архивным штырём; браслет падает в воду. Клинок отталкиваю за спину, к Аларику, но он не берёт его. Продолжает давить на рану, как я велела, и следит, чтобы Кассандра не дотянулась до меня второй рукой.

Из-за завала доносится глухой удар. Следом ещё один. Камни между нами и коридором начинают сдвигаться. Рейн кричит, чтобы мы отошли от стены, а незнакомые мужские голоса отвечают ему сверху. Шахтёры пришли через старый вентиляционный ход, который Торвен не успел обрушить.

Кассандра слышит их и дёргается к низкому проёму. Провод режет ей рукав, но не удержит надолго. Я прижимаю её плечом к решётке и упираюсь ногами в каменный порог. Вода уже доходит почти до колен, платье тянет вниз, руки начинают неметь от холода.

— Аларик, штырь, — прошу я, не оборачиваясь.

Он не пытается встать. Подтягивает металлический стержень к себе ногой, поднимает здоровой рукой и бросает мне вдоль пола. Я ловлю его со второго раза и продеваю между прутьями решётки, запирая провод. Теперь Кассандра может освободиться только вместе с частью двери.

Завал осыпается внутрь. Первым пролезает Рейн, за ним двое шахтёров в мокрых куртках. Один из них — Мареков брат; я узнаю его по светлой полосе в бороде. Он смотрит на Кассандру, связанную собственным военным проводом, и не задаёт вопросов.

— Живой, — говорю я Рейну, указывая на Аларика. — Рана под плечом. Нужны носилки и сухая ткань. Кассандру не трогать без свидетелей и не оставлять одну.

Капитан быстро оценивает зал. Раньше он сначала подошёл бы к командиру, теперь выполняет мой порядок: отправляет шахтёра за носилками, второму велит снять с Кассандры браслеты и закрепить руки мягкой верёвкой поверх рукавов. Кассандра требует имперской охраны, но Рейн не вступает с ней в спор. Он называет имена двух свидетелей, время задержания и просит шахтёров повторить, в каком положении они её нашли.

Пока они говорят, я возвращаюсь к Аларику. Ткань под его ладонями промокла, но давление помогло. Я меняю повязку, затягиваю широкую полосу вокруг груди и заставляю его сделать несколько медленных вдохов.

— Глубоко больнее? — спрашиваю я.

Аларик прислушивается к себе и качает головой. Потом смотрит на мои руки, будто ищет в них ответ на совсем другой вопрос.