Книга Вечная вдова, страница 48 – Анна Морион

— Признаете ли вы меня своей королевой? – вновь задала вопрос Анна.

— Конечно, моя королева. Я признаю вас королевой Англии, а вашу дочь – наследницей престола и королевой моих детей, – вновь, даже не покрывшись краской стыда, солгала Бригида.

«Разве у меня есть выбор? Если я скажу тебе в лицо все, что думаю о тебе и твоих кознях против законной королевы Екатерины Арагонской, разве ты не прикажешь повесить меня?» – прокричала Бригида глубоко в своей душе.

— Тогда королю не за что отсылать вас со двора. Ни с позором, ни без него, – улыбнулась Анна. – Генрих будет увиваться за вами и соблазнять дорогими подарками. Он будет верить в то, что придет тот день, когда вы упадете в его объятья, и не ослабит свой натиск ни на миг… Но это ваш выбор. Служите мне верой и правдой, и я буду добра к вам и вашим детям… Но берегитесь придворных птиц: они могут увести вашего супруга далеко от вас, леди Тьюри… – Королева глубоко задумалась и прошептала: – Боюсь, как бы они не увели от меня моего Генриха… – Но затем, словно поняв, что выдает этим свою свою слабость, коротко приказала: – Ступайте, леди Тьюри.

— Спокойной ночи, Ваше Величество! – Бригида поспешно поднялась на ноги, сделала глубокий реверанс и бросилась к двери, надеясь, что королева не передумает и не заставит ее вновь лгать ей прямо в лицо.

«Так странно: она согнала с трону Екатерину, а мне вдруг стало жаль ее. Но жаль не как женщину, а как мать. Как женщина, она сама добилась этих унижений: разве, когда король увлекся ею на глазах у своей супруги, она не понимала, к чему ведет ее игра с его сердцем? Она потребовала от него трон и верности, позабыв о том, что слово «верность» ему незнакомо. Она считала, что приручит его… И ошиблась. Она требует от него уважения и любви, но была только рада тогда, когда заманивала его в свои коварные сети и поливала Екатерину грязью. Но как мать мне ее жаль: она выбрала своему чаду ужасного самолюбивого отца и этим приносит страдания и себе, и своей бедной дочери. Нет, Анна, не моей преданности, ни моей симпатии ты не дождешься. Хотя, думаю, тебе мои преданность и симпатия вовсе и не нужны» – размышляла Бригида, направляясь в свои покои. Слишком сильно она ненавидела Анну, чтобы иметь к ней хоть каплю сочувствия. И почему только Альенора боготворит эту жестокую женщину?

Но нет, нет! Она не будет наслаждаться страданиями леди Болейн! Есть Господь, и Он один имеет право и наказывать, и награждать. Анна сделала свой выбор, и ей за него отвечать перед Создателем.

«Но ведь я тоже согрешила: солгала о своей вере... И я готова ответить за это, только, прошу, Отец Небесный, пусть твоя кара не коснется моих невинных крошек» – глубоко вздохнула леди Тьюри, и, вернувшись в свою спальню, упала на колени и зашептала молитву, которая, однако, была прервана громким стуком в дверь и полным отчаяния голосом Альеноры: «Открой, Бригида! Это я!»

Тотчас прервав молитву, Бригида поднялась на ноги и поспешила открыть подруге дверь. Альенора вошла в покои и нервно зашагала из угла в угол.

— Что стряслось, моя дорогая? – нежно спросила леди Тьюри, наблюдая за поведением Альеноры с некоторой опаской и непониманием.

— Король отсылает его в Шотландию! – коротко бросила та, все так же не останавливая шаг.