Книга Он никогда не убил бы Пэйшенс, страница 62 – Джон Диксон Карр

Мастерс потер подбородок.

— Ну нет, сэр. Я бы так не сказал, – задумчиво ответил он. – Вы женаты?

— Боже правый, нет! А почему вы спрашиваете?

— Женский ум – загадочная штука, – с улыбкой заявил он. – Мы не хотим, чтобы девушка волновалась. А вдруг она вспомнит, что ей вчера пришло в голову насчет обгорелой спички и разгадки всего дела…

— Почему бы вам не спросить сэра Генри Мерривейла? У него как будто есть какие-то догадки!

Мастерс доверительно понизил голос.

— Открою вам маленький секрет, – сказал он. – Со стариком иногда трудно иметь дело.

— Вы меня удивляете.

— Он доставляет товар, сэр, – категорично заявил Мастерс. – Да! Иногда способы доставки весьма странные. Когда он доставляет товар… Это похоже на то, как если бы вам на голову свалился груз мебели из окна пятого этажа. Но он доставляет товар… И чтобы быть уверенным в доставке… надо позволить ему действовать по-своему.

Кэри развел руками.

— Девушка в опасности! – с жаром произнес он.

— Ну-ну, сэр! Я знаю!

— Тогда что же нам делать? Если она захочет остаться на ночь в театре «Исида»…

— В таком случае, – успокоил его Мастерс, – я позабочусь о том, чтобы рядом с ней был кто-то из моих людей, пока все не выяснится.

— Я мог бы с ней остаться.

Старший инспектор кашлянул:

— Да, конечно. Но, полагаю, молодая леди предпочтет, чтобы вы этого не делали. И мы предпочли бы. Пусть она пока сосредоточится на более важных вещах.

— Но…

— Идите домой, сэр! – прервал его Мастерс. – И послушайтесь моего совета: оставьте молодую леди в покое. Скажите, как с вами связаться, и я обещаю, что буду держать вас в курсе.

Кэри пришлось согласиться.

Он понимал, что сердиться на Мэдж – это ребячество, такое же ребячество, как и ее собственное поведение. Тем не менее ему было неспокойно. Вернувшись домой, он пожалел об этом. Меря шагами гостиную квартиры в «Сент-Томас-Холле», он не мог отделаться от ощущения, что страшные события приближаются к развязке.

В квартире под самой крышей было все еще тепло и даже душно, несмотря на рано сгущающиеся вечерние сумерки. Кэри нравилась эта гостиная с ее потертым ковром, уютными креслами и торшерами. Вдоль стен – под театральными фотографиями в рамках и афишами – тянулись полки с книгами об искусстве иллюзионизма, собранные четырьмя поколениями Квинтов.

Книги эти – от потрепанной «Анатомии фокуса», изданной в 1623 году, до современных трактатов Голдстона или Кэннела – хранили свои причудливые тайны.

Но можно ли было найти в этих книгах разгадку тайны комнаты, запечатанной изнутри?

Как Кэри рассказывал Мэдж накануне, его отец тоже когда-то носился с подобной идеей. Но, насколько он помнил, никаких упоминаний о ней не содержалось в небрежных записных книжках Юджина Квинта, лежащих на одной из нижних полок. Что же могла подсказать Мэдж обгорелая спичка?

Часы пробили половину седьмого, потом семь. Тени удлинялись, пока Кэри вышагивал по комнате, неосознанно прислушиваясь к телефону в спальне. Тем не менее, когда в двадцать минут восьмого телефон все-таки зазвонил, Кэри едва не подпрыгнул.

Наталкиваясь на углы, он рванул через коридор к спальне и остановился как вкопанный. В сгущающихся сумерках комната выглядела опрятно после визита уборщицы. Среди других фотографий, висевших на стене, выделялся дагеротип прадедушки Честера. Телефон продолжал трезвонить, и Кэри показалось, будто глаза дедушки о чем-то его предупреждают.