Книга Два дня до солнца, страница 88 – Марина Комарова

— Это он?

Сначала в глазах Дана вспыхивает удивление, потом ― непонимание. Несколько минут тишина. И наконец он начинает хохотать.

— Вот уж кто бы сказал, что Тиглат пойдет читать сетературу ― не поверил бы. Он и боллитру не особо-то уважает.

— Сноб твой Тиглат, ― ворчу я, вмиг обижаясь на такое разделение.

Конечно, сетература обычно выполняет определенные функции, и я давно уже во всем разобрался, но… эмоциями управлять сложно.

— Есть такое, ― внезапно соглашается Дан. ― Сегодня сам в этом убедишься. Кстати, где у тебя ванна?

— Да, прости, ― спохватываюсь я и указываю в нужном направлении.

Он кивает и скрывается за дверью.

А я внезапно осознаю, что понятия не имею, что делать дальше. В моем доме давненько не было таких гостей. Пожалуй, стоит поставить чайник. Еда… с едой сложнее, я же старался ничего не оставлять, кроме морозилки с мясом и пельменями.

С трудом сдерживаю нервный смех. Да уж, варить пельмени для Дана Ярасланова ― это какой-то совершенный сюр. Но ведь к гадалке не ходи, выйдет сейчас и заявит, что голоден. За такое время я кое в чем уже смог разобраться.

Пока обдумываю всё, успеваю включить ноутбук. Снова вкладка с комментариями. Раз отпуск не удался, надо будет писать.

Дан выходит из ванной, кончики волос влажные ― явно умылся и пригладил шевелюру мокрыми ладонями.

Неожиданно он замирает и, чуть прищурившись, смотрит экран ноута.

— Ты придумал, как будешь завершить цикл про горгонид?

— Я не… ― начинаю отвечать и тут же прикусываю язык.

Горгониды… Награда «Последней книге Горгонид». Ведь Дан мне кинул награду ещё бог знает когда.

Я смотрю прямо в его глаза, падая в зелено-голубую волну, совершенно наплевав, что могу там утонуть.

Дан так же смотрит на меня ― а уголок губ чуть изгибается в улыбке, то ли невинной, то ли насмешливой.

— Ты знал, ― обвиняю и восхищаюсь я одновременно. ― Ты знал, что уничтожишь Алкесту?

Дан проходит и садится рядом. От зелено-голубой волны голова опять идет кругом. Я оказываюсь в смеющихся маленьких водах моря, которые не собираются отпускать на берег.

— Знал, что книга будет последней, ведь её написание уже привело к тому, что зашевелились создания. Но что это будет конкретно твоя горгонида ― нет. Я же тебе не пророк.

— Кто знает, ― бурчу я и закрываю страницу с романом, переходя в почту, где вмиг раскрывается письмо Игоря с вложенной обложкой.

Той, где мой персонаж Кирилл стоит на фоне сарматского склепа. В одной руке парня кнут, во второй ― Корона Юга.

— Что это? ― Голос Дана как натянутая струна, которая резко оборвалась от варварского рывка.

— А? ― отзываюсь я, поворачиваясь.

И теряю дар речи, потому что Дана таким ещё никогда не видел. И от этого становится дурно, потому что…

Никогда ещё он не был настолько бледен. Сейчас особенно заметна рана скуле. Глаза, ещё несколько секунд назад окатывавшие зелено-голубой волной, сейчас настолько черны, что голова идет кругом.

И пальцы так впились в кухонный стол, что вот-вот послышится треск. Дан настолько напряжен, будто вот-вот кинется диким зверем. Только вот на кого? На меня? Или на ноутбук?

Я хочу закрыть страницу с обложкой, но пальцы вмиг сжимают моё запястье. Кожа вспыхивает огнем, дыхание перешибает, тело немеет от паники.

— Что. Это. Такое? ― повторяет он. ― Откуда?