Книга Мертвые берут наличными, страница 44 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

— Я пытался пройти через зеркало в раздевалке. Это один из старых путей, к которым никто не прикасался, в смысле, из наших. Старые пути духов есть в каждом доме, даже если вы свято уверены, что кроме вас в нем никто не живет. Вход прятался в старой трещине между кладовкой и душевой. Я знал ее с тех времен, как только поселился в детском доме. Я решил попробовать пройти там.

Джувон чувствовал, как в животе начинает завязываться ледяной узел. Слова духа ложились не просто как рассказ, а как какая-то притча, в которой вот-вот появится чудовище.

— У меня получилось проникнуть в стену. Тогда я увидел, как мальчик, которого звали Мучан, сидел внутри. Один. Смотрел в угол. Я тихо позвал его. Даже потянулся, чтобы дотронуться. И в этот момент… меня вытолкнули.

Енчжу сложил руки на груди, Джувон кашлянул и уточнил:

— На что это было похоже?

— Это не было сопротивлением, а больше походило на атаку. Что-то изнутри швырнуло меня через весь этаж. Не физически, разумеется, а энергетически. Как если бы само пространство ударило в грудь. Бум — и готов! А потом я услышал… голос. Он не был громким. Но в нем было все: голод, гниль и жуткая ненависть. А еще добавились запахи плесени, меди и гниющей бумаги. Знаете, как пахнут старые книги, когда они умирают?

Джувон медленно кивнул. Да, он знал. Особенно те, что лежали на чердаке бабушкиного дома. Она ругалась, что туда, наверное, забрался призрак старого книготорговца и принес запах мертвой бумаги. Тогда это казалось всего лишь красным словцом, но теперь… не факт. Может быть, тот призрак действительно существует.

— Оно было старым, — продолжал ендон. — И жутким. И… не похоже на человека. Даже на призрака не похоже! Я не видел лица, но чувствовал взгляд. Казалось, что они были… везде. И там, где их не было, они все равно смотрели.

Джувон нахмурился, это звучало жутко. Енчжу задумчиво посмотрел в окно, а потом вдруг сказал:

— По описанию похоже на какого-то паразита.

Ендон чуть не хлопнул в ладоши.

— Именно! Я потом понял, что это существо, которое питается… Оно питается тем, что остается. Остатками воли, тепла и доверия. Оно как бы высасывает изнутри, но не за раз. Оно медленно растягивает удовольствие.

Джувон потер лоб.

— Вы сказали, что оно вытолкнуло вас. Но не смогло навредить, так?

— Не смогло, — отозвался ендон. — Потому что я связан с этим домом. С его самой первой комнатой. С печкой на кухне, с подоконником в старом классе, где дети выращивали фасоль. С местами, где дети были в безопасности. Когда меня вытолкнули, я не исчез. Но и не мог вернуться в дом. Меня будто отрезали, потому что… потому что я слишком чист для того, кто теперь занял мое место.

— Вы сказали, что жили там пять лет… — протянул Енчжу. — Жил ли там кто-то еще?

Ендон развел призрачными руками:

— Когда я нашел это место, оно было пустым. И сейчас я обитаю рядом. Не в здании, но в саду. Под карнизом дома. В старом ящике для игрушек на заднем дворе. Иногда, когда все было тихо, я все же чувствовал, как меня кто-то зовет. Я слышал, как один мальчик шептал: «Сделай, чтобы они ушли». И я знал, что он имеет в виду не воспитателей, а то, что живет за дверью.

Джувон закусил губу, потом тряхнул волосами.

— Вы не исчезли, потому что вам было, за кого держаться. И кому помогать. Я… понимаю.