Книга Мастер, страница 101 – Марина Комарова

— Открой глаза, Сацуджинша Кровь. Миру-то-Минай больше нет. Мирунгша отправился в бездну Ёми.

Некоторое время ничего не происходило. Резкий выдох, при котором изрубленная грудь Кодай-но заходила ходуном. Открылись пылающие погребальными огнями глаза. На том, что осталось от губ, появилось подобие улыбки.

— Да… — прошептал он. — Ты справилась.

Прозвучало как-то странно, немного жутковато и в то же время… Он что, уже потерял всякую надежду? Дело явно было не во мне. Смерть Мирунгши явно была целью, которой никак не удавалось достичь. И вот теперь… наконец-то… Несмотря на то, что Сацуджинша сам ещё та сволочь, мне почему-то стало легче. Словно упавший с его души камень каким-то образом упал и с моей. Очень странно.

Он перевел на меня глаза.

— Я помню все. Сейванены отпущены.

Каким-то образом я почувствовала, что лицо Эйтаро изменилось, хоть и не смотрела на него.

— Иди, — произнесла, не оборачиваясь. — Им ты нужен больше, чем мне.

Сказала — и даже не задумалась. Молчание за спиной. А через секунду стало ясно, что Эйтаро исчез.

Сацуджинша молчал. Тоже наблюдал за происходившим, но, слава всем, кого сейчас можно славить, промолчал.

— Странные у вас отношения, да, Аска Шенгай?

Нет, не промолчал.

Что ж мне все попадаются такие говорливые?

— Какие есть.

Сацуджинша кивнул, словно его полностью удовлетворил ответ. Повисло молчание. Сидеть так было совсем неудобно. Пришлось поменять положение.

— Как будем выбираться отсюда? — спросила я намного тише, чем хотелось бы.

— Будешь, Аска, — поправил он. — Я долго не протяну. Этот бой был последним.

Я ничего не сказала. Людей принято подбадривать, но что делать с представителем чужой расы, понятия не имею. Но уж совсем делать вид, что ничего не происходит, тоже неприлично.

Самой захотелось смеяться от последней мысли. Ну да, лежащий передо мной Крылатый заставил плясать под его дудку, пленил сейваненов, а я думаю о всем таком. Кто бы меня ни воспитывал в детстве, он делал это хорошо.

— Возможно, у вас… — Я умолкла, тряхнула волосами и продолжила: — Есть предсмертное желание?

Сацуджинша закашлялся, а потом вцепился мне в ворот и притянул к себе.

— Уничтожь всех Кодай-но, — обжег шепот. — Чтобы не осталось и следа.

Я пораженно отшатнулась.

— Но почему?

Нет, они, конечно, гады ещё те, но все же это боги нынешнего пантеона. К ним там просто не подойти. Да и, если посмотреть с другой стороны, то они исключительно зло не творят. По крайней мере четверо из них.

Сацуджинша снова закашлялся, хрипло втянул воздух.

— Прошлое да останется в прошлом. Люди должны сами решать свою судьбу, а не быть марионетками в играх тех, кто не видит будущего.

Он терял силы на глаза. Горло почему-то перехватило. Что за неуместная сентиментальность? Или я просто понимаю, что уходит нечто большее, чем малознакомый мне Сацуджинша Кровь? Например, раса, которая могла бы спокойно жить дальше, если б одному из них не захотелось большего?

— Тебя будет ждать много неприятностей, Аска, — глухо сказал он. — Но и будут приятные вещи. Видит небо, я тебе задолжал.

Я чуть нахмурилась, пытаясь понять, о чем решить.

— Дай мне руку.

Отбросив сомнения, я вложила ладонь в его. Сухую-сухую, словно осенние листья на ветру.

— Ты часто будешь стоять перед выбором. Слушай только свои разум и сердце. Потому что у каждого своя судьба, каждый будет тянуть в свою сторону. Помни это.