Книга Мастер, страница 98 – Марина Комарова

— Теперь выбираемся? — осторожно уточнила я. — Или ждем, когда Мирунгша плюнет на все правила и придет сам?

— Он не зайдет, — ответил Сацуджинша, задумчиво перебирая украшения. — Это железный запрет для любого Крылатого. Каждый знает об этом. Но при этом он не будет сидеть сложа руки.

— Лапы, — поправила я, понимая, что расслабляться не стоит.

Прозвучал лишь понимающий смешок — и ни слова. Говорить как-то особо не о чем. Но вот…

Я едва не подпрыгнула на месте, когда до меня дошло.

— Подожди, в смысле, интересно? То есть мы тут неизвестно насколько застряли в ожидании действий Мирунгши? Сидим живой приманкой? И неведомо, на какое время это может затянуться?

На лице Сацуджинши появилась улыбка.

Сволочь!

Откуда-то донеслось странное потрескивание. Я закрутила головой, пытаясь понять, откуда оно идет. Заодно сжала меч двумя руками и приняла боевую стойку.

Треск стало громче, стены из плоти заходили ходуном.

Сацуджинша приложил руку к уху, делая вид, что прислушивается. Улыбка стала шире.

— А вот и он.

— Но ты же сказал, что Кодай-но не может убить в собственном доме.

— Именно. Поэтому его сейчас и разрушает.

Под ногами зазмеились трещины.

Я вскрикнула, когда потеряла опору, чуть не упала, но сумела чудом удержать равновесие.

— Да он больной на всю голову! — крикнула, перекрывая грохот разваливающегося гнезда.

Сацуджинша удивился:

— А ты сомневалась?

И, ощетинившись мечами, отпрыгнул от падающего стеллажа. Кости рассыпались на осколки, разлетевшись в разные стороны. Ленты начали спадать со свитков и ползти друг к другу, словно живые.

Почему не покидает ощущение, что Сацуджинша рад всему происходящему? Может, Миру-то-минай просто ступил на путь саморазрушения, с которого невозможно сойти?

Додумать не получилось — мне на голову рухнул клубок из человеческих рук. Разрубив его на лету, я крутанулась на месте и ударила в одну из трещин, помогая ею стать шире. Процесс ускорился, теперь не стало и намека на тишину. Давай, ломай. Ломай же!

Рев Мирунгши дал понять, что он совсем близко. Главное, быть аккуратной и… а-а-а!

Я шарахнулась в сторону, когда когтистая лапа просвистела у меня над головой. Врезавшись спиной в грудь Сацуджинши, как запущенный сюрикен понеслась прямо вперед. Стена из плоти рухнула. Мирунгша взвыл и попытался меня перехватить. Мой катана практически на всю длину вошла в его плечи.

Удар мощной лапы отшвырнул меня к деревьям. Удалось выкинуть защитные кандзи, не давшие врезаться в ствол головой.

— Ну давай, докажи, что ты можешь победить меня, — донесся насмешливый голос Сацуджинши. — Ведь до сих пор ты не рисковал ко мне приблизиться.

Помогает? Ещё не знаю. Но отвлекает точно. Это хорошо.

Моя катана в плече Миру-то-минай. Это плохо.

Пока враг кидался на Сацуджиншу, я быстро просчитала, как вернуть оружие. А… цуми! Только прыгать. И использовать рёку нельзя, иначе ещё что-то вырастет. Проклятия проклятиями, но как-то у него получается их перекручивать себе на пользу.

Сацуджинша тем временем напоминал танцующего монстра-богомола. Ноги-мечи двигались с особой грацией, в каждом прыжке острия клинков находили себе цель на теле Мирунгши. Тот не отставал и бил соперника тяжелыми лапами.

Я разбежалась и, подпрыгнув, резко выбросила оборванный кумихимо. Пусть длина не прежняя, но достаточно, чтобы обвиться вокруг шеи Мирунгши. Миг — упереться ногой в его спину. Ухватить за рукоять катаны. Рвануть на себя.