Книга Мастер, страница 104 – Марина Комарова

— Мисаки… — сипло выдохнула я. — Это ты? Это действительно ты?

Она опустилась, подставила поднос на пол, а потом села сама, подгнув под себя ноги.

— Я. Не поверишь, сколько мне пришлось ждать и верить, что смогу показать свое настоящее лицо. Я…

В следующую секунду я сгребла её в охапку, услышав слабый придушенный писк.

— Аска! Аска! Придушишь! — запыхтела она. Но вместо, чтобы попытаться выбраться из моей хватки, крепко стиснула в ответ. — А-а-а, как мне тебя не хватало, пагода без крыши!

— Сама такая, — буркнула я, не собираясь отстраняться. — Ты где все это время была?

— Давай, ты поешь, а я расскажу? — предложила она.

Звучало неплохо, поэтому я кивнула и взялась за пиалку с супом. Даже если и стоило засомневаться, что передо мной не Мисаки, то… поздно. Только отлично знающий меня человек предложит поесть, не затягивая процедуру.

Желудок судорожно сжался, намекая, что готов сожрать целого хеби. Однако я не повелась на гадкую провокацию и не стала хватать, хоть очень хотелось.

Мисаки смотрела на меня с улыбкой.

— Ты обеш-ш-шала рассказывать, — укорила я с набитым ртом.

Мисаки бессовестно заржала (да, именно так).

— Прости-прости, я просто уже давно не видела ничего более жизнеутверждающего.

Я закатила глаза. Ну да, ну да, жрущая Аска — это всегда нечто. Но ладно, если человеку нравится, то я ни капли не против. Однако, проглотив, все же повторила:

— Рассказывай!

Несколько минут она помолчала, словно прикидывая, с чего начать. А я внимательно рассматривала подругу, понимая, что с последней нашей встречи она изрядно похудела и побледнела. Впрочем, неудивительно. Тут спадешь с лица в таких-то обстоятельствах!

Мисаки вздохнула:

— Это прозвучит невероятно, но ты уже сама все видела, поэтому вряд ли удивишься. Я… оставалась в школе. Решила, что на каникулах лучше позаниматься и отдохнуть, все равно учителя не так гоняют, как во время учебы.

Потом налетели цуми. Это было очень страшно. В какой-то момент я уже не могла отбиваться и мысленно попрощалась с жизнью. Но стоило только прикрыть глаза в ожидании клацанья зубов цуми, как что-то ухватило меня за шиворот и дернуло в сторону. Дышать стало невозможно, я потеряла сознание.

Я молчала, суп быстро заканчивался, но такая его суповая доля.

— Пришла в себя в заброшенном городе Кодай-но. Первым, кого увидела, был Сацуджинша. Поначалу заорала, но потом взяла себя в руки. Он только хмыкнул, реакция его не удивила.

Я запила чаем. Бр-р-р, горький. Мисаки солидно передержала листья, но цуми с ними, очень даже бодрит.

— Он был не особо разговорчив, просто сказал, что спас меня, потому что я ему полезна. Если сослужу службу правильно, то смогу жить прежней жизнью.

— Прежней? — уточнила я, отщипывая кусочек рисовой булочки.

Мисаки кивнула:

— Да. Я поначалу не поняла, о чем речь. Но потом увидела свое отражение в зеркальном украшении на доспехах Сацуджинши.

— Заорала?

— Да, — кисло согласилась Мисаки. — Согласись, я привыкла видеть в зеркале другое отражение.

Я только покачала головой.

— С этих пор я была Наодой — внуком мастера Ру, — продолжила она. — Кое в чем помогала, но ничего такого, что могло было бы быть неподъемным.

— Что… — Я поджала губы. — Зачем ему это было?

— Он понимал, что может один не справиться, — сказала Мисаки. — А ещё заявил, что сюда обязательно придет та, кто ему нужен. Если все пойдет как надо, то именно её действия вернут мне прежнее лицо. Только вот мне нельзя ей открываться.