Книга Ребёнок для бывшего-предателя, страница 60 – Яра Славцева

Телефон разрывался от уведомлений. Новость подхватили быстро. Реакция была мгновенной. Даже те, кто раньше с удовольствием обсуждал меня как неудобную бывшую, теперь замолчали или переключились на неё.

Максим приехал ко мне вечером.

На лице — усталость, злость и что-то ещё. Жалость, кажется.

— Видела? — спросил он.

— Да.

— Мне её не жаль, — сказал он сразу, будто оправдываясь передо мной и перед собой. — Но смотреть на это всё равно мерзко.

— Потому что ты спал с ней.

Он побледнел.

— Да.

— И потому что когда-то тебе нравилось то, во что она сейчас проваливается публично.

— Возможно, — ответил он глухо.

— Хорошо. Значит, ты хотя бы не врёшь.

Он подошёл ближе.

— Вера, я никогда не оправдывал то, каким был тогда.

— Неправда. Очень долго оправдывал. Просто теперь перестал.

— Да.

Я устало вздохнула.

— Знаешь, что самое страшное? Даже после всех этих видео, сливов, фраз, после мотеля, после давления на меня, я всё равно не чувствую радости от её падения. Только брезгливость.

— Потому что ты не она.

— Нет. Потому что я слишком дорого плачу за чужую мерзость, чтобы ещё и получать от неё удовольствие.

Он смотрел на меня так, будто каждое моё слово только сильнее заколачивает в нём осознание, кого именно он когда-то потерял.

— Мне жаль, — сказал он.

— Я знаю.

— Нет, не знаешь. Я не про общую боль. Я про конкретную вещь. Про то, что ты вынуждена проходить всё это вместо спокойной беременности. Вместо дома. Вместо защиты.

Я отвела взгляд.

Потому что в глубине души именно о таком — простом, домашнем, защищённом — я когда-то и мечтала с ним. Не о страсти даже. О нормальной жизни. А он превратил её в поле боя.

— Уже поздно жалеть, — сказала я.

— Поздно, — согласился он. — Но я всё равно буду.

Он сел напротив, провёл ладонью по лицу и вдруг спросил:

— Тебе всё ещё страшно?

Я задумалась.

— Уже не так, как раньше.

— Почему?

— Потому что теперь мне нечего сохранять из прошлого. Только ребёнка.

Он смотрел молча.

— А я? — спросил вдруг.

Я подняла на него глаза.

— Что — ты?

— Во мне ты ещё что-нибудь сохраняешь? Хоть что-то.

Вопрос был страшный своей простотой. И нечестный. Потому что мужчина, однажды предавший, не имеет права спрашивать женщину, осталось ли в ней место для него. Но имеет, если всё ещё любит? Или нет? Или это тоже только красивая форма эгоизма?

— Да, — ответила я неожиданно даже для себя.

Он замер.

— Что?

— Проблему, — сказала я ровно. — Ты всё ещё моя проблема, Максим. Самая опасная. Потому что все остальные враги снаружи. А ты умеешь залезать внутрь.

Он горько усмехнулся.

— Заслуженно.

Да. Заслуженно.

И от этого не легче ни ему, ни мне.

---

Глава 32. Не предложение любви

Глава 32. Не предложение любви

На следующий день он приехал без предупреждения и попросил поговорить.

Не в квартире. Не на кухне. Не в машине. Он позвонил снизу и сказал:

— Если можешь спуститься на пять минут, пожалуйста. Я не поднимусь. Обещаю.

Я всё-таки спустилась.

Во дворе было тихо, свежо, пахло мокрой землёй и талым воздухом. Максим стоял у скамейки под голыми ещё деревьями, в тёмном пальто, с непривычно серьёзным лицом. Без цветов. Без еды. Без всех этих бытовых заботливых мелочей, за которыми в последнее время так ловко пряталось самое важное.