Книга Флоксы расцветают в августе, страница 20 – Ольга Попова

— Букет свой заберёшь? – спросил он.

— Конечно.

— Тогда придётся взять его в руки. Тем более в салоне кондиционер, может быть, так они доживут до дома.

— Даже если нет, я хотя бы буду их видеть, – ответила я.

— Ты знаешь, этот молодой человек мне понравился, – сказал папа. – С таким я бы даже не беспокоился о тебе.

— Совсем? – подзадорила его я, чувствуя, как приятное тепло разливается по телу. Папа впервые говорил так о ком-то из моего окружения.

— Ладно, чуть-чуть как отец беспокоился бы, – сказал он и улыбнулся.

— Пап…

— Да?

— Можно я оставлю этот портрет Саше?

— Неужели?

— Да, мне он очень нравится, конечно…

— Саша? Или портрет?

— Портрет… И Саша тоже. И я хотела бы оставить для него подарок.

— Ну, это твой портрет, поэтому можешь решить сама. Я не буду против.

Я снова посмотрела по сторонам и вздохнула:

— Пап, а как ты понял, что хочешь посвятить живописи всю свою жизнь?

— Когда заканчивалось всё, что сделать надо, у меня оставалось время на то, что я хочу. И почти всегда я выбирал краски и холст. А потом понял, что хочу ещё больше и ещё лучше, и пошёл учиться в художественную академию.

Он хлопнул крышкой багажника и пристально посмотрел на меня:

— Сомневаешься насчёт колледжа?

— Ужасно сомневаюсь, – сказала я, подходя ближе, чтобы его обнять.

— Ты же знаешь, дружок, мы поддержим любое твоё решение.

Я вздохнула и крепко обняла его.

— А вот, кажется, и будущий обладатель портрета идёт.

Я повернулась и увидела Сашу.

— Пойду проверю, как там мама, может, надо помочь. Скоро будем выезжать.

Я кивнула и, дождавшись, когда папа зайдёт за калитку, побежала Саше навстречу. Он подхватил меня и закружил.

— Ты успел!

— И поступил в Морской институт на бюджет, – сказал он, целуя меня в щёку. – Сегодня появились списки на сайте.

— Поздравляю тебя, – ответила я и посмотрела на него с улыбкой. Он протянул мне конверт.

— Прочитаешь в машине.

— У меня тоже кое-что есть для тебя. Сейчас!

Я побежала на веранду, где стоял порт-рет, схватила его и помчалась обратно.

— Вот, я хочу оставить его тебе. Папа утром написал на берегу.

— У твоего отца настоящий талант, – сказал он, глядя на портрет.

— Посмотри, какое тут море! И флоксы!

— И ты… – он улыбнулся. – Спасибо.

Мы услышали, как во дворе заговорили мама с бабушкой. Кажется, настала пора прощаться.

— Не грусти, мы скоро встретимся, – сказал он и обнял меня.

— Я буду так скучать, – ответила я. – Это были лучшие каникулы в моей жизни.

— Приезжай, как только они снова будут. У моря всегда хорошо.

— А может быть, и ты приедешь? На Урале такой снег!

— Никогда не был там, я бы с удовольствием.

Он нежно поцеловал меня и ещё раз обнял. Я смахнула слёзы, услышав шаги совсем близко. Калитка отворилась.

— Очень мило, что вы пришли нас проводить, – сказала мама Саше. На портрет она, кажется, даже не обратила внимания. Саша смущённо поприветствовал её. Бабушка посмотрела на меня и только улыбнулась. Я подбежала, чтобы обнять её.

— Я буду очень скучать!

— И я по тебе тоже, моя девочка. Приезжай в Хосту почаще. Мы будем тебя ждать.

— Ну, давайте уже садиться, прощаться всегда так тяжело, – сказала мама, вздыхая.

Бабушка расцеловала нас в щёки и сказала:

— Хорошей вам дороги!

— И попутного ветра, – добавил Саша тихо, но я всё-таки услышала.