Книга Рок между нами, страница 36 – Юлия Ветрова

«Лес рубят – щепки летят», – подумал про себя Илья.

В то время как Илья ещё пытался удержать в принципе устраивавшего его Диму, Кире знакомые уже предложили другого барабанщика. Леша был ещё моложе Димы и Марата, полноват, добродушен и безалаберен. Впрочем, о его недостатках группа узнала много позже. А поначалу Кира и Марат всеми силами старались удержать нового кандидата. К этому времени у Киры уже оформилось некоторое понимание политики в группе. Ей не нравились постоянные разговоры об уходе и распаде. Кира был человеком спокойным и обязательным, ей гораздо больше импонировал флегматичный характер Марата и Лёши, чем взрывные – Димы и Рафа. Она нормально ладила даже с Виталиком, который, в отличии от своего альфа-товарища, никогда не стремился ни отстаивать свою точку зрения, ни устраивать конфликты. Кира понимала, что Илья не просто так мутит воду, и на самом деле, никакой бунт против менеджмента ему не нужен. Илье всегда нужно было только одно – играть свои песни, записывать свои песни, писать свои песни. Однако, те методы, которыми он решил добиваться своего, Киру всё больше раздражали.

Вводить в коллектив нового человека следовало осторожно, так, чтобы бомба замедленного действия в лице Ильи не рванула когда не надо. К тому моменту она уже плюнула на Диму и, прослушав шестерых кандидатов на должность, всех их послала к чёртовой бабушке. Причины каждый раз были разные.

Однако, уже на прослушивании Лёха завоевал горячую любовь Ильи тем, что с разбегу сыграл три его композиции. Как выяснилось в последующие полчаса, он наизусть знал всю опубликованную музыку Ильи. Ну, вообще-то, он знал вообще все песни «Агонии», но Илье решили этого не говорить.

Весь январь продолжались переговоры с Дашковым. Дашков убеждал Илью в том, что тот не сможет сам организовать концерты и даже столь дорогую его сердцу запись. Илья это понимал, но идти на уступки не хотел. Кира напротив, не хотела никуда уходить. Ей нравились и баллады, которые предлагал играть Дашков, и деньги, которые можно было за это получать. У неё отлично получалось исполнять и забойные тяжёлые композиции, которые так любил писать Илья, но особой любви она к ним не испытывала – по крайней мере, так ей казалось, когда она вспоминала все события того года лет десять спустя.

Конфликт с Дашковым, в котором Илья и Кира оказались по разные стороны, неизбежно перетёк на поля их съёмной квартиры. Вопросы о том, что делать дальше, нет-нет да и вставали за ужином, а то и во время готовки, когда в руках у кого-то из ребят была горячая сковородка.

Илья был недоволен не только тем, что Дашков лез в творческий процесс – это вообще сделало директора его кровным врагом. Как иногда подозревала Кира, Илья в этом вопросе конкуренции не терпел ни в каком виде. Однако, Илью не устраивали и более земные аспекты их сотрудничества, а именно – процент, который выплачивал им Дашков. Кира закономерно пыталась указать на то, что Дашков обеспечивает им лучшее оборудование, хорошие условия проживания в поездках… Да и прямые выплаты в итоге очень неплохи для начинающей команды.

Однако, любое упоминание о поездках, и особенно – об условиях проживания, приводило Илью в неконтролируемую ярость.

Упрямство Ильи всё больше бесило Киру. Хлопнув дверью, она уходила в комнату и, сидя там, тихо ненавидела своего соседа. С кухни доносилось негромкое и раздражающее бренчание гитары.