Книга Бывшая принцесса, страница 92 – Мария Киселева

— Инстинкт. — пожимает плечами Павел.

Он не выглядит таким жестким, как когда заправляет клубами или ведет переговоры.

— Славно, что никто не применяет силу. Все помирились, все расходимся. — командует Николай.

Анна с Павлом встают, я же не двигаюсь — смотрю на Сергея.

— Мне плевать, убьет ли меня Николай, но я остановлю тебя любыми способами, если ты будешь угрожать Острову или Братве. — его голос настолько тяжелый, что я с трудом сдержала вздрагивание — С возвращением.

Они уходят, я невольно выдыхаю, не задумываясь о том, что Николай на расстоянии вытянутой руки. Он оплетает мое бедро и притягивает, чтобы я упала на его колени. Отталкиваюсь от мужской груди, но меня прижимают сильнее.

— Я только что сказала, Николай, что повторю трюк, если меня попробуют удержать.

В его темных глазах нет жестокости, злости или упертости. У меня перехватывает дыхание.

— Черт возьми, ты остаешься.

Он зарывается пальцами в мои неидеально уложенные волосы, ухудшая их вид и мое здравомыслие.

— Я этого не говорила. Нет…

Он прижимается губами к моим. Я сдаюсь свирепости его поцелуя, если это вообще он. Это натиск, насилие, требование, захват. Цепляюсь в рубашку, чтобы… плевать. Я притягиваю Николая ближе, желая большего, чего я не смогу получить.

— Ты такая красивая. — мне не хватало его комплиментов — Я не хочу смотреть никуда более.

Громов встает, держа меня под ягодицы и пересаживает на стол, чувствую эрекцию на уровне своего живота и невольно испускаю стон.

Мое либидо снижено признаками депрессиями, но я не была рядом с Николаем почти три недели…

Он берет меня за подбородок.

— Ты не уйдешь. Пообещай.

Мне нужна секунда, чтобы сфокусировать зрение.

— Зачем мне это делать?

Вижу, как меняется его взгляд на напряженный. При этом мужчина знает ответ — я люблю его, что бы не произносила ранее.

— Мы произвели работу над ошибками.

Звучит смешно.

— Я останусь, но ненадолго. На следующей неделе у меня заключение контракта с греческой мафией.

Мы все еще вплотную друг к другу, поэтому отталкиваю его, чтобы слезть со стола, не скользя по его телу — безуспешно.

Я выхожу из кабинета, выбрав самое безопасное из мест — кухня. Через огромные окна видно тренировочную площадку и тир, от которого едва доносится звук до дома.

— Ты не филантроп. — говорит Николай.

— Дай мне поесть в одиночестве. — начинаю злиться на присутствие Громова.

— Наташа, Софья, Валентин и другие. Оказывается, ты чертов Санта Клаус. — издевается.

Да, я сделала несколько подарков, но все было не бескорыстно — спасала совесть.

— Почему ты продолжаешь бежать?

Потому что здесь опасно. Я погрязла с головой, прогнила, но не позволю этому случиться с моими детьми.

Смотрю чуть правее, где видно кусочек красных кустов роз и макушку Сергея. Хозяйский сад окружен изгородью, но не сомневаюсь, что рядом с этим здоровяком стоит мисс Громов. Невольно улыбаюсь.

— Я не верю, что ты позволил им вместе пойти на мой прием.

— Воспринимаю его как телохранителя, распускающего руки.

Чувствую жар мужчины за спиной.

— Когда отключили генераторы. — это усложнило координацию итальянцев по Острову — Сергея нигде не было. Он…

— Ушел в бункер за Анной, но на тот момент ты уже успел предупредить, что Нерри о нем известно. — заканчиваю за него.