Книга (не) Родная дочурка для мэра, страница 4 – Лена Лорен

Недолго думая мы поехали в соседний город по совету моей бабушки. Мы приняли решение обратиться именно в тот центр планирования и семьи, где, как она утверждала, у меня имелись все шансы забеременеть и выносить здорового ребенка. В итоге мне подсадили эмбриона от анонимного донора. А уже через месяц тест показал заветные две полоски.

Не передать словами, насколько я была счастлива.

Муж всю беременность заботился обо мне. А когда на свет появилась Катенька, он стал заботиться и о ней. Степан души в ней не чаял… Как мне казалось.

А сейчас же всё перевернулось с ног на голову. Не нужны мы ему стали. Устал он, бедненький… Жертву из себя корчит.

Мало того, что муж снял с себя ответственность за решение провести процедуру ЭКО, так он еще и обвиняет меня в том, что я родила от другого мужчины.

Мужчины, которого в жизни не видела! Которого никогда не увижу!

Абсурд какой-то!

— Короче, Наташк, ты давай-ка, мозги мне не парь, забирай вещи и езжай к бабке, — настойчиво выпроваживает меня и кивает на те самые баулы.

Медленно оглядываюсь на объемные сумки, и не понимаю, как я всё это потащу на себе. А помочь спустить их вниз он даже и не думает.

Да и не нужна мне его помощь!

— Папочка, я не хочу уезжать, я хочу остаться дома, с мамой и с тобой, — Катюшка не выдерживает и бросается в слезы.

Тянется к Степе, а тот даже не смотрит на нее.

Захлопывает дверь с той стороны, как трус скрываясь в квартире, после чего Катюша начинает плакать навзрыд и обнимать ручками дверное полотно.

— Папа! Папочка! Открой, пожалуйста!

— Тише, родная, — подхватываю ее на руки и пытаюсь успокоить, осыпая ее щеки поцелуями, а у самой сердце кровью обливается от вида ее горьких слез. — Всё будет хорошо. Не плачь, моя маленькая. Мама с тобой. Я всегда буду рядом.

Она поглядывает на дверь с надеждой в глазах. Мой ребенок всё еще надеется, что папа одумается и впустит нас домой. Она верит в это всем сердцем. И как же больно ее разочаровывать…

— Мам, почему папа так делает? — заикаясь, спрашивает Катя сквозь бурные рыдания, а ответа у меня не находится.

И думаю, никогда не найдется. Не смогу я найти объяснение его подлому поступку.

Боже, как же выть хочется. Упасть на бетонный пол и, съежившись в углу, биться в исступлении.

Но я этого себе позволить не могу. Я должна сохранять холодную голову и оставаться сильной, несгибаемой. Ради своей дочери.

— Потому что папа запутался, так бывает, — шепчу я, вытирая ее заплаканное личико.

И нет чтоб Стёпе заткнуться уже, он продолжает подливать масла в огонь, говоря через дверь:

— Имей в виду, на алименты можешь не рассчитывать. Я уже проконсультировался с юристом. Если смогу оспорить отцовство, а я это сделаю, нас разведут уже очень скоро. Нам же с тобой делить нечего. Квартира и бизнес мои, машина тоже. И работала ты в моей фирме неофициально. Так что по факту я тебе ничего не должен. В расчете.

Я разочарованно качаю головой, переваривая слова мужчины, который только что втоптал меня с дочерью в грязь.

Да какой он мужчина после этого! Жалкое подобие… Ничтожество да и только!

С юристом он проконсультировался!

Да он же только пуху на себя нагоняет. Любой нормальный юрист знает, что если мужчина дал свое согласие на искусственное оплодотворение и признал себя родителем, то он уже не сможет оспорить отцовство.